Персональный сайт Георгия Быстрова

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 20:28:29 GMT

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Уважаемый читатель!

В наш стремительный век космических и информационных технологий каждый из нас невольно становится не только зрителем, но и участником событий, происходящих в мире. Процессы тотальной мировой интеграции не являются чем-то абстрактным и потусторонним, они непосредственно затрагивают нашу жизнь, влияют на нашу судьбу. Оглянувшись вокруг, мы видим и ощущаем на себе последствия глобальных изменений, происходящих в планетарном масштабе, будь – то мировой финансово – экономический кризис или природные катаклизмы.

На рубеже веков человечество столкнулось с вызовами и реальными угрозами существованию цивилизации, которые само и породило. Масштабы их таковы, что ни одно государство не в состоянии справиться с ними в одиночку. Удастся ли миру предотвратить надвигающуюся катастрофу, вопрос не риторический, но вопрос жизни и смерти, ответить на который обязана мировая политическая элита, несущая всю полноту ответственности за свои действия.

В настоящем аналитическом обозрении автор представляет Вам свою субъективную оценку и видение политических процессов, происходящих в мировом сообществе, а также в некоторых странах. В основу настоящего материала положены личные наблюдения, опирающиеся как на теоретическую базу, так и на исследования ряда серьезных аналитиков в области современной геополитики.

Ни в коей мере не претендуя на истину в последней инстанции, автор пытается критически осмыслить действительность и видит свою задачу в том, чтобы пригласить Вас к диалогу по наиболее актуальным проблемам человечества, полагая, что ни одним хлебом жив человек и, что все далекое рано или поздно становится близким.

Настоящее аналитическое обозрение «Время тревог и потрясений» состоит из четырех глав (частей).

В первой главе «Между прошлым и будущим» представлена международная панорама в контексте наиболее значимых, с точки зрения автора, событий в мировой политической жизни.

Вторая глава «Анатомия глобального кризиса» посвящена рассмотрению причин и возможных последствий мирового финансово – экономического кризиса.

Третья глава « За фасадом общеевропейского дома» рассматривает проблемы и перспективы строительства Европейского Союза как государственного формирования. Один раздел главы посвящен Эстонии и содержит некоторые оценки экономической и общественно – политической ситуации в республике, а также характеристики состояния русского сообщества Эстонии.

В четвертой главе «Россия от Путина до Медведева» сделана попытка ретроспективного воспроизводства периода правления В. Путина и строительства России как «корпоративного государства».

Полная версия настоящего обозрения публикается также в четырёх брошюрах.

С искренним уважением,

Ваш Георгий Быстров

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 20:17:02 GMT

1. МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

Минувший 2008 год можно назвать годом тревог и потрясений.

Едва ли будет преувеличением, если сказать, что глобальные события ушедшего года продемонстрировали всему человечеству степень его уязвимости и зависимости от действий мировой полит - экономической элиты развитых государств.

Самораспад СССР и всего социалистического блока, повлек за собой нарушение геополитического баланса, положив начало тевтоническим процессам в мировой системе. Непримеримое идеологическое противостояние просоветского и проамериканского блоков сменилось конфликтом интересов экономических, обусловивших начало новой эры передела мира в интересах корпоративного капитала. Выдвижение США на роль мирового лидера, практически лишенного рычагов сдерживания, послужило сигналом к началу развязывания агрессии со стороны американской администрации в Югославии, затем в Ираке, а позднее и в Афганистане. События, развернувшиеся в этих странах со всей очевидностью показали, что Соединенные Штаты не считают более для себя обязательным соблюдение общепринятого формата международных и межгосударственных отношений. Агрессивная внешняя политика силового давления и угрозы применения военной мощи, не встречающая сколь - нибудь ощутимого сопротивления со стороны мирового сообщества, а также ООН, становится нормой поведения США на международной арене. Военная машина, направляемая руководством крупнейших нефтяных корпораций, ВПК и силовых структур США на завоевание новых сырьевых рынков, практическую отработку стратегии и тактики боевых действий, испытание новых видов оружия, военной техники и технологий заставляет американские правящие круги предпринимать предельно жесткие, зачастую неадекватные политические решения, подкрепляя их аргументацией, иногда весьма неубедительной, а порой и лживой, как это было в случае обнародования предлога для начала войны с режимом Хусейна. Тогда Президент США Дж.Буш объявил о производстве химического оружия в Ираке а, спустя год после завершения военной кампании и казни иракского лидера, вынужден был признать ошибку своего утверждения.

Следует вспомнить, что устранение геополитического противовеса, коим был до 1991г. социалистический лагерь во главе с СССР, вдохновило США кардинально пересмотреть свою внешнеполитическую стратегию, базовым положением которой стал постулат о том, что сферой жизненных интересов Америки является весь мир. Истекшие полтора десятилетия продемонстрировали неукоснительное следование этому постулату со стороны американской Администрации. Публичные выступления первых руководителей Соединенных Штатов ни у кого не оставляли сомнений в том, что международное право будет действовать и применяться только в той мере, в которой это право отвечает национальным интересам США или не препятствует реализации национальных интересов.

Реалии такого поведения нам довелось увидеть практически во всех т.н. локальных, либо менее локальных войнах и конфликтах, в которых Америка всегда играла решающую роль.

2008 год охарактеризовался дальнейшим расширением очагов напряженности не только в азиатском регионе, но и во всем мире.

Косовский гордиев узел, завязанный албанским сепаратистским руководством анклава, с новой силой подтвердил, что передел мира отнюдь не завершился с развалом Советского Союза и дроблением ряда стран Восточной Европы. События, связанные с суверенизацией Косово и отторжением этой территории от Республики Сербска происходили при самом активном посредническом участии США, России и, естественно, Евросоюза. Разногласия между посредниками были настолько глубокими, что практически не оставляли надежд на компромиссное решение, в равной мере устраивавшего как сербскую, так и албанскую стороны. Изначально можно было не сомневаться в том, что верх одержит консолидированная западная модель решения территориального вопроса, а позиция же России останется лишь ее особым мнением. Пресловутый план Ахтисаари, призванный служить делу урегулирования конфликта, на самом деле в мягкой, полузавуалированной форме оформлял независимость косоваров и создание на исторической земле сербов второго албанского государства. Политическая партитура отделения Косово была завершена бравурными аккордами большинства европейских государств ЕС, дружно и с завидной поспешностью признавших новоявленную косовскую республику.

Знаменитая Хельсинская конвенция 1968г., устанавливающая мир в послевоенных границах и решение об их неделимости, вновь дала трещину, на этот раз весьма глубокую. Россия, пытавшаяся апеллировать к нормам международного права и обратившая внимание на опасность двойных стандартов в решении территориальных споров, услышана не была.

Логика названного политического события указывает на то, что объединенная Европа, в который уже раз, приняла правила игры, установленные США. По большому счету, европейскому сообществу имело бы смысл всячески сдерживать сепаратистские настроения в самом центре Европы, помятуя о том, что в самом ЕС наличествует целый ряд государств, испытывающих трудности в сохранении территориальной целостности и для которых Косово может стать катализатором к самораспаду. Для Великобритании, Испании, Бельгии и ряда других стран ЕС аргумент о некой исключительности ситуации с косовскими албанцами едва ли послужит утешением в случае воспроизводства такого же сценария, ибо план в духе а ля Ахтисаари и ссылка на международное право могут не возыметь своего действия на шотландцев, басков или фламандцев, твердо решивших следовать косовским путем в достижении независмости.

На фоне такой неутешительной перспективы, проблема обязательных финансовых инъекций в карликовое государство для ЕС выглядила не слишком угрожающе, - одним ртом больше, одним меньше, но в условиях разраившегося как гром среди ясного неба глобального экономического кризиса, денежные струи, щедро бившие из общеевропейского «вымени» в ведра бедных и сирых стран, неизбежно поиссохнут, опекунские функции станут все более обременительными. На этом моменте мы подробнее остановимся в разделе «За фасадом общеевропейского дома».

Так или иначе, в лице косовского псевдо государства Евросоюз заполучил очередную головную боль, которая может обостриться в любой момент.

Зримые признаки вышеуказанного обострения последовали в самом скором времени и, похоже, с неожиданной для еврособщества стороны.

Грузия, находившаяся в стороне от столбовых дорог мировой политики и далеко за пределами границ ЕС, вдруг попала в эпицентр всеобщего самого высокого и пристального внимания. Хотя, слово «вдруг» употребимо лишь в том смысле, что в геополитическом пространстве Грузинской Республика занимает место не в первых рядах и по этой причине по определению не может претендовать на роль сколь-нибудь значимой величины. Однако грузинский лидер Саакашвили, будучи не слишком почитаемой фигурой в самой Грузии, приложил максимум усилий, чтобы компенсировать на внешнем направлении недостачу популярности среди собственного народа. За истекшие несколько лет Саакашвили явно преуспел в установлении самых дружеских отношений с Западом и, прежде всего, с президентом США Дж. Бушем – младшим, который стал проявлять к грузинскому лидеру поистине отеческую любовь. Европейская политическая элита, традиционно идущая в кильватере США, в значительно более сдержанной форме продемонстрировала свои теплые чувства к президенту Грузии. Не трудно догадаться, что любовь и симпатии к Саакашвили вызваны не только и не столько его демократическими устремлениями (полицейские операции в отношении оппозиции Грузии оставляли на этот счет великие сомнения), сколько демонстративное антироссийское поведение и смелые пререкания с Кремлем. Эта сознательная и успешная игра на публику вывела Саакашвили в ряды лучших политических актеров. И пока перед зрителями разыгрывались театрализованые представления, публика дружно рукоплескала. Но, дальше произошло событие, выходящее за рамки политического театра и произошло это событие в тот самый момент, когда по всем человеческим измерениям весь просвещенный мир зарывает «топоры войны» и собирается вместе с единственной целью – выяснить, кто быстрее, ловчее и сильнее. Итак, перед самым открытием пекинской Олимпиады грузинская армия начинает военную операцию по усмирению давно отколовшейся, самопровозглашенной Южной Осетии.

Вспомним, что аналогичный поход Грузия предприняла на Абхазию в 90-х годах и тогда завоевательный поход завершился полным фиаско и откатом грузинских воинских подразделений за абхазскую территориальную границу.

Осетинская кампания 2008г. принципиально отличалась от абхазского аналога прежде всего уровнем общей готовности, а главное моральным духом нападающей стороны, вдохновленной поддержкой со стороны Дяди Сэма и некоторых дружественных стран, таких например, как Украина.

Не слишком искушенный в боевых делах, Саакашвили вероятно вообразил себя полководцем, равным по уму и таланту Александру Македонскому. Этим, надо полагать, можно объяснить решительность с которой грузинские войска начали штурм Цхинвала с применением тяжелых орудий и ракетно- зенитной артиллерии. Грузинского президента нисколько не смутило то обстоятельство, что на юго - осетинской территории находились миротворцы от Российской Федерации, имеющие мандат ООН, как не смутило и то, что Россия пренепременно окажет военную помощь осетинской стороне в силу собственных интересов, исходя прежде всего из того факта, что из 150.000 жителей этой маленькой республики свыше 80% составляют граждане РФ, а в Конституции любого развитого государства прописана защита своих граждан, где бы они не находились. В этом смысле образцом гражданского патриотизма являет собой США, и ни у какой страны, по крайней мере слабой, не должно оставаться сомнений в том, что Америка не оставит безнаказанными враждебные действия против ее граждан. Крохотная Гренада, раздавленная гусеницами американских танков - лишь один тому пример.

В грузино – осетинском случае, иностранные советчики Саакашвили, судя по всему, насоветовали грузинскому лидеру пренебречь российскими интересами, убедив его в полной безопасности военной акции и, даже в случае ответного применения силы, вероятно пообещали не оставить его с глазу на глаз с «российским медведем». Уверовав в безнаказанность и благополучный исход операции, г-н Саакашвили закусил удила и обрушил всю имеющуюся в его распоряжении военную мощь на беззащитный Цхинвал, почти разрушив его и, принеся в жертву свыше тысячи мирных жителей.

Однако вопреки ожиданиям, Россия (что ей в период новейшей истории не свойственно) отреагировала почти незамедлительно и ответила разящим ударом, заставившим грузинских завоевателей в спешке бросить все военное оснащение и ретироваться вглубь страны, рассеявшись по городам и весям.

За 5 дней война (если таковую можно назвать войной) была завершена а грузино – российский конфликт перешел фазу политического, а точнее пропагандистского противоборства. Саакашвили трубно призвал мировое сообщество строго наказать агрессора – Россию, вплоть до проведения международного трибунала в Гааге, с вынесением приговора российскому руководству за геноцид грузинского народа. Россия, в свою очередь, тоже обрушила град обвинений в адрес грузинской стороны, предъявив свои доказательства ее вины в развязывании боевых действий. Как уже повелось международная политическая элита дружно взялась за урегулирование запутанной конфликтной ситуации и как всегда дружно провалила эту миссию, не сумев прийти к единой точке зрения и не определив (а может и не желая) крайнего, т.е. прямого виновника разгула страстей, произошедщего на крохотном островке маленькой высокогорной страны. Многочисленные встречи лидеров ЕС и, прежде всего председателя Евросоюза Саркази, с президентами России и Грузии, бесконечные заседания различных комиссий, международные саммиты, инспекторские проверки, миссии наблюдателей, направленные на изучение и прояснения обстановки, завершились так как и должны были завершиться – принятием резолюции, в которой досталось «всем сестрам по серьгам». Сухой остаток выглядит примерно так: виноваты, и Грузия, и Россия, поэтому Грузии надо помочь материально, а Россия может и впредь присутствовать на территории Южной Осетии. На деле такое соломоново решение означает, что Саакашвили пообещали солидный долларовый куш в награду за дерзкую вылазку против своего народа, а России «подарили» право за свои кровные бюджетные деньги восстанавливать Южную Осетию и заботиться о ее развитии и благополучии. К слову сказать, признав государственную независимость Абхазии и Южной Осетии, Россия показала западным партнерам, что добровольно берет под патронат вышеназванные республики и вовсе не нуждается в чьем-то благословении, а тем паче разрешении.

Политический «выхлоп» смотрится несколько иначе, а именно:

Заметное охлаждение европейской политэлиты к персоне Саакашвили как непредсказуемому и гротескному лидеру с одновременной компенсацией со стороны США, пообещавшей Грузии стратегическое партнерство как способ подсластить вкус горькой пилюли от поражения в молниеносной войне. Впрочем, обещания г-на Буша, данные им под занавес своей президентской карьеры стоят весьма недорого, т.к. легко могут быть преданы забвению со стороны нового американского лидера, которого внутренние проблемы экономической рецессии, похоже, заботят намного больше, чем динамика развития грузино – американских отношений.

Полностью провальным оказался и пропагандистский антироссийский демарш, предпринятый г-ном Саакашвили со товарищи из Польши, Украины и стран Балтии. Главная цель – добиться жесткой реакции Евросоюза к Кремлю достигнута не была. Более того, объединенная Европа высказалась за подготовку нового Соглашения о сотрудничестве ЕС с РФ, что было закреплено на российском саммите. Объективно иного решения трудно было ожидать в условиях серьезной зависмости большинства ведущих стран ЕС от поставки российских углеводородов, а в этих условиях лидерам Германии, Франции, Италии, Испании и другим их коллегам, определяющим векторы европейской политики, хватило природной смекалки поступиться принципами политической солидарности с Саакашвили ради совершенно прогматических целей – не создавать предпосылок для конфронтации с восточным партнером, дабы не спровоцировать обстановку энергетического недоедания экономики и населения своих стран. Наверное такой подход и отличает ответственных политиков от безответственных.

И, наконец, ключевой момент.

Юго - осетинский кровавый военный поход Грузии не только не урегулировал территориальные проблемы с суверенными автономиями, но практически на многие десятилетия закрыл грузинскому руководству даже теоретический шанс рассматривать возможность добровольного возвращения мятежных территорий ныне независимой Абхазии и Южной Осетии в лоно грузинского государства.

Чем заканчивается силовые методы укрощения строптивых народов красноречиво говрит многовековая история человеческой цивилизации, с которой импульсивный Саакашвили до недавнего времени, видимо, не удосужился ознакомиться, а учеба на собственных ошибках в данном случае может стать христоматией лишь для последующих поколений грузинских политиков. Сумеют ли последователи Саакашвили сделать правильные выводы из августовских драматических событий в жизни своей страны, покажет время.

Но, если грузинский военный конфликт в силу его местечковости весьма локален и не несет в себе угрозу распространения, то палестино – израильский фитиль, зажженный и тлеющий не одно десятилетие, добрался – таки до порохового погреба и человечество во всех уголках планеты почувствовало удушающий, горелый запах крупномасштабной войны. Можно возразить, что в действиях Израиля, давно привыкшего к военному разрешению проблем своей безопасности, нет ничего нового. За короткий период еврейской государственности Израиль трижды и небезуспешно вел войну с теми или иными государствами и даже с рядом государств арабского мира. Сейчас казалось бы дело проще, всего – то разборка с Хамасом в секторе Газа, а взрывы, жертвы и разрушения – неприменные спутники любого военного конфликта. Повод для общевойсковой операции на территории палестинцев у израильтян наличествовал – постоянные обстрелы еврейских приграничных территорий со стороны палестинских боевиков. Вопрос мог стоять лишь об адекватности ответных мер. При одинаковой цене человеческой жизни, палестинцы заплатили как минимум в 15 раз больше израильтян, а разрушения инфраструктуры Газы, составляющие около 25% всего фонда просто не подлежат сравнению с уроном, нанесенным израильским гражданским объектам неуправляемыми, самодельными реактивными снарядами хамасовцев.

По предварительным оценкам восстановление Газы потребует не меньше 7,0 млрд. долларов США и выделять средства придется в экстренном порядке, чтобы предотвратить гуманитарную катастрофу, нависшую над населением, численность которого превышает 1,3 млн. человек. Исконная сумма будет по обыкновению собираться всем мировым сообществом, т.е. изыматься из кармана налогоплательщика стран – доноров, а государство – разрушитель, ссылаясь на моральный ущерб, не понесет ни малейшего финансового бремени.

16 января на пресс-конференции с В. Путиным по поводу газовой проблемы канцлер ФРГ А. Меркель метко подметила, что у двусторонних конфликтов одной правды не бывает. Эту мысль прекрасно иллюстрирует и многолетний арабо – израильский конфликт, вообще, и настоящий, палестино – израильский, в частности. Палестинцы, лишенные государственности, разделенные на две территориальные зоны, зажатые со всех сторон государственными границами и «великой израильской стеной», не имеющие своих природных, энергетических, финансовых ресурсов, позволяющих развивать экономику, обречены на вечное прозябание, нищету и полную зависимость от третьих стран, не в последнюю очередь от Израиля. Любые действия богатого еврейского соседа, ухудшающие и без того незавидное положение палестинского народа, вызывает протест, выливающийся в том числе и в экстримные формы, такие как обстрелы еврейских поселений. Говорится это не в порядке оправдания названных действий, а с целью попытаться объективно установить причины постоянного противостояния Израиля и Палестинской автономии.

Здравый смысл подсказывает, что разрешение конфликта лежит в плоскости предоставления палестинцам полноценной государственности, позволяющей народу выстраивать межгосударственные отношения, участвовать в мировом интеграционном процессе, привлекать крупных иностранных инвесторов в социально – экономическое развитие, пользоваться международными кредитными источниками для осуществления национальных проектов. В независимом, суверенном палестинском государстве власть будет принадлежать не боевикам группировки Хамас, а законно избранным органам власти, что сделает действия палестинского руководства более ответственными и предсказуемыми, т.к. достижение прогресса и развития страны возможно добиться только при условии политической стабильности. Одним из факторов стабильности является установления нормальных, взаимовыгодных отношений с соседними странами. Такие отношения имеют место между Израилем и Египтом. Поэтому военные действия, предпринятые израильским руководством по ликвидации группировки Хамас на территории Газы как средство прекратить террористические налеты на еврейские земли, представляются несостоятельными по целому ряду причин. Во-первых, цель эта не может быть достигнута по определению, ибо Хамас – не горстка боевиков, а хорошо организованное народное движение, для ликвидации которого потребуется уничтожить как минимум половину палестинцев, проживающих на территории сектора. Во-вторых, Хамас располагает разветвленными связями не только в Иране и Сирии, но и других странах арабского мира, что предопределяет продолжение бомбардировок Израиля и после завершения нынешней военной операции в Газе. Меморандум о блокировании военных поставок палестинцам, подписанный в США министром иностранных дел Ципи Ливни и Кандализой Райз больше похож на последнее «прости – прощай» нынешней американской администрации, чем на дееспособный документ. В Вашингтоне мы увидели трогательный ритуал подтверждения дружеского расположения США к своему старому азиатскому партнеру и не более того.

А, между тем, мировое сообщество и даже ООН в лице генсека Бан Ки Муна все жестче критикуют израильское руководство за бомбардировки Газы, интенсивность которых перешла все мыслимые границы необходимой защиты от террора. Израиль при этом демонстративно игнорирует любую критику в свой адрес и даже подчеркивает полное игнорирование мнения общественности в лице влиятельных международных организаций и ЕС. Заявление израильского министра иностранных дел о том, что национальные интересы государства всегда будут стоять выше мнения международных институтов, говорит о том, что Израиль хорошо усвоил стратегию своего «старшего брата» - США, которую можно выразить двумя принципами; «Всегда уважают сильного» и «Собака лает, а караван идет». Словно демонстрируя миру свою приверженность этим принципам, израильская армия без тени сомнения разбомбила больницу, в которой располагалась миссия ООН, показав этим действием всю меру пренебрежения к всемирной организации. В ответ генсек объединенных наций только беспомощно вскинул руки и позволил себе изобразить возмущение, чем дело и ограничилось.

Тем не менее, израильское правительство отдавало себе отчет в том, что затяжная война на чужой территории может не только обесценить победу, но и привести к моральному поражению, как это было во время недавней ливанской кампании. Дальнейшие погромы Газы и уничтожение мирного населения чреваты также тем, что терпение мирового сообщества могло иссякнуть и еврейскому руководству светила перспектива предстать перед международным трибуналом, где предстояла заниматься не оправданием своих действий, а отвечать за многочисленные жертвы и массовые разрушения, граничащие с геноцидом. Это веский аргумент для того, чтобы объявить об успешном завершении боевой операции по разгрому Хамас и с развернутыми знаменами убраться восвояси, предоставив палестинцам и мировому сообществу разгребать оставленные завалы и залечивать раны на теле автономии, оставленные доблестным израильским оружием.

Что же дальше? А дальше легко предугадать; слегка притушенный костер вражды и ненависти в скором времени разгорится с новой силой и вновь напомнит человечеству о нерешенности палестинской проблемы. Значительно труднее прогнозировать, как далеко распространится пламя костра, пылающего в этом азиатском регионе. Кто может поручиться за то, что в зону горения не окажутся вовлечены другие государства, как находящиеся по соседству, так и в большем отдалении. Хватит ли терпения и выдержки странам лиги арабских государств и дальше безучастно наблюдать за игрой военных мускулов со стороны Израиля и что произойдет, если арабский мир решит применить симметричные меры по защите своих единоверцев?

И, наконец, как поведут себя другие, прежде всего развитые страны в условиях возможного арабо – израильского конфликта? Удастся ли им выработать единый согласованный подход и принять коллективные меры по разблокировке ситуации или мир разделится на два враждебных лагеря, поставив человечество на грань третьей и вероятно последней мировой войны?

Надо полагать, что ответы на многочисленные вызовы современности обусловит планетарная геополитическая обстановка, а точнее, ведущие геополитические «игроки», находящиеся по отношению друг к другу в определенном динамическом равновесии, которое можно сравнить с системой уравновешивающих блоков. Правда на сегодняшний день это равновесие хрупкое и неустойчивое, однако, некоторой оптимизм вызывает то обстоятельство, что глобальные угрозы, будь то реальная опасность экологической катастрофы, или мировой экономический кризис, неизбежно должны подтолкнуть мировое сообщество к сотрудничеству, поскольку совершенно очевидно, что ни одному государству и даже объединенной группе государств, не справиться с решением задач, которые по масштабам смело можно назвать цивилизационными. Следовательно, объективно уже никто не вправе монополизировать право на мировое лидерство, как это было совсем еще недавно, когда США безальтернативно навязывала тем или иным странам свою волю. Провал политики Буша обусловлен именно тем обстоятельством, что американская администрация не уловила, либо проигнорировала серьезные геополитические изменения, к которым следует отнести:

1. Расширение Европейского союза и выступление в качестве единого и весьма серьезного субъекта мировой политики и экономики. Одной из главных целей - трансформация ЕС из союза государств в общеевропейское государство, способное на равноправной основе конкурировать с США.

Последние 5-6 лет мы были живыми свидетелями тому, как возрастала сопротивляемость европейского сообщества американскому диктату. Военное вторжение в Ирак продемонстрировало, что даже некоторые европейские партнеры США по НАТО, отказались участвовать в силовой акции.

2. Бурное развитие Китая, ставшего за истекшие 20 лет одной из крупнейших и наиболее развивающихся экономик мира. Достаточно сказать, что на фоне тотальной экономической депрессии, когда в самых высокоразвитых странах рост ВВП за истекший год в лучшем случае составил чуть более 1,0%, в Китае этот показатель был выше 9,0%. За несколько лет КНР занял положение крупнейшего кредитора США, а национальный банк Китая является одним из самых ликвидных банков мира.

Государственное регулирование рыночных механизмов оберегает ведущих китайских участников рынка от участия в международных финансовых аферах, минимизируя, тем самым, риски, как самих субъектов рыночных отношений, так и китайского государства в целом.

3. Все возрастающая роль РФ на международной арене. Огромная территория, неисчерпаемые природные ресурсы, выгоднейшее геополитическое положение, сбалансированная евразийская политика, проводимая российским руководством, выводит Россию в ряд ключевых игроков мирового сообщества, важных субъектов стратегического партнерства.

4. Радикальные изменения, происходящие на латиноамериканском континенте, практически вставшем на путь социалистического развития.

Отметим, что быстрое распространение идей социализма – прямое следствие многолетней полуколониальной политики США, проводимой в странах Латинской Америки и приведшей к катастрофическому снижению уровня жизни в большинстве этих стран.

Сегодня, латиноамериканские государства – быстро консолидирующееся сообщество, голос которого в мире становится все громче.

Вышеназванные реалии отражают многополярность и многовекторность современного геополитического пространства. В этом смысле процесс глобализации, который мы наблюдаем, будет успешно развиваться только в том случае, если изменения, вызванные этим процессом, произойдут с сохранением динамического равновесия мировой системы, а результатом глобализации станет ее структурное укрупнение и упорядочение, не сопряженное с ломкой, обусловленной силовым воздействием.

Всеобщая договоренность о решении любых спорных вопросом исключительно способом политического диалога, недопущение раскачивания «лодки» всеобщей безопасности, возвращение всех субъектов к общепринятым международным правовым номам и стандартам следует считать непременным и решающим условием обеспечения глобальных мира. Политика грубой силы, построенная по принципу «разделяй и властвуй», должна уйти в прошлое.

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 20:13:00 GMT

2. АНАТОМИЯ ГЛОБАЛЬНОГО КРИЗИСА

Несомненно, к знаковым событиям 2008 года следует отнести глобальный финансово – экономический кризис, разразившийся в США и в одночасье накрывший большинство государств, наиболее связанных с американской кредитно – финансовой системой.

В силу отдаленности от эпицентров кризиса, попытаемся проанализировать причины этого явления на основе доступных источников информации и некоторой теоретической базы, оставленной человечеству в наследство от теоретиков политической экономии.

Удивительно, но факт, что практически ни один из компетентных источников, освещавших тему кризиса, включая и крупные экономические издания, (не говоря уже о публичной прессе) не удосужился попытаться проникнуть вглубь этого нерядового события в мировой экономической жизни. Повсюду можно было увидеть, услышать и прочитать о том, что кризис начался крушением американской компании Лемер бразерс, обвалом ипотечного рынка, приведшем, в свою очередь, к резкому падению котировок акций на ведущих биржевых площадках США. Дальше молниеносная цепная реакция распространилась на крупнейший банковский сектор и страховые компании. Выяснилось, что у большинства финансовых институтов проблемы с ликвидностью, а попросту нехватка наличности, необходимой для выполнения главной функции, обеспечивающей прибыль – кредитных ресурсов. Последовала череда банкротств и вынужденных слияний в банковской сфере, что, однако, не привело к оздоровлению обстановки. Нарушение кровеносной системы, коей является банковская система, больно ударило по реальному сектору экономики – производству, финансовая подпитка которого непременное условие развития и эффективной работы. Незамедлительно начался спад производства, закрытие и приостановка деятельности предприятий, обеспечивающих в развитых странах от 70 до 80% общего количества рабочих мест. Теперь кризис ударил в самую чувствительную точку капиталистической экономики и важнейший источник бюджетных поступлений – потребительскую сферу. Заметим, что индекс потребления, подобно барометру, безошибочно указывает общественно – экономическую погоду в государстве. С наступлением кризиса, стрелка барометра начала движение в сторону отметки с надписью «буря». Население стран, охваченных кризисом (а его испытали на себе прежде всего американцы и европейцы), начло как никогда скрупулезно считать деньги и урезать расходы не только на предметы роскоши, но и на товары повседневного спроса, в том числе и продукты питания. Производственная машина, ранее полным ходом работавшая на потребительский рынок, какое-то время по инерции все еще продолжала выбрасывать на рынки свою продукцию, но, обнаружив, что работает на склад, забуксовала, а во многих отраслях и остановила производственный конвейер. Серьезные потрясения произошли и в строительном секторе. В условиях закрытых кошельков, число заказов на строительные работы резко снизилось ( в ряде промышленно – развитых стран до 22-25%), работы лишились миллионы человек, занятых в строительстве и сопутствующих областях производства.

По некоторым оценкам евростата уровень безработицы в зоне евро за истекшие 1,3 месяца вырос на 1,7% и вплотную подошел к 9%, а с учетом углубления кризиса в нынешнем годы безработица В США и странах ЕС может перешагнуть 10% барьер, что чревато социальным взрывом.

Общий экономический кризис больно ударил по производителям углеводородного сырья. Сокращение промышленного производства (прежде всего металлургического) потащило за собой обвал цен на сырую нефть на мировом рынке с 148 долл. за баррель до 35,0 долларов, т.е. снижение произошло более чем в 4 раза. Для стабилизации нефтяного рынка, страны – экспортеры приняли решение сократить добычу черного золота на 15,0 млн. баррелей в сутки, что, естественно, привело к снижению объема продаж и сокращению доходов нефтеносных стран.

Круг замкнулся. Система капиталистических саморегулируемых рыночных отношений при сознательной отрешенности государственного сектора дала серьезный сбой, последствия которого непредсказуемы в условиях транснационального характера мировой экономики и такого же транснационального характера движения финансовых потоков. Сложившаяся на западе практика жить в кредит (читай в долг) только усугубляет положение, при котором существует тотальная взаимозадолженность всех и каждого. Этим обстоятельством надо полагать объясняется недоверие банков не только к кредиторам, но и к своим партнерам. Нет никакого желания давать в долг без гарантий погашения долга. По мнению экономических экспертов США и утверждениям американской Администрации, одной из главных задач государства является возвращение доверия субъектов финансового сектора друг к другу и стимулирование его деятельности в прежнем режиме кредитно – финансовых отношений. В этих целях Федеральная резервная система США пошла на беспрецедентное снижение кредитной учетной ставки – до 0,2%, а возможно в дальнейшем и на предоставление беспроцентных денежных ссуд кредитным институтам страны.

Свыше 750,0 млрд. долларов направлено на укрепление банковской сферы и почти столько же планируется выделить американскому автопрому, являющемуся, как известно локомотивом экономики США.

О глубине финансово – экономического кризиса в Америке красноречиво говорит тот факт, что Администрация Буша наступила на горло собственной песне о свободном рынке, включив механизм национализации ряда крупнейших структур частного бизнеса.

Примерно по такому же пути спасения пошли и государства еврозоны, с той лишь разницей, что лидеры некоторых стран ЕС обошли своего американского брата в части заимствования социалистических форм управления экономикой.

Первыми в ЕС на кризис отреагировали британцы. Правительство либералов Гордона Брауна без размышлений приступила к скупке акций (читай к национализации) наиболее влиятельных банков, терпящих бедствие. Французский президент Саркази, председательствующий в минувшем году в ЕС, призвал своих коллег начать государственное регулирование финансового сектора, а германский канцлер Ангела Меркель недвусмысленно высказалась за усиление государственного контроля за деятельностью бирж, торгующих ценными бумагами. Историческим можно назвать решение стран Евросоюза сформировать общий резервный (антикризисный) фонд, в который государства – члены ЕС должны направлять 3,0% от их национального ВВП. Для полного выхода из кризиса и победы над грядущей экономической депрессией, все тот же Саркази провозгласил необходимость перехода к «новому капитализму». Что подразумевал г-н Саркази, когда и каким образом переход этот должен состояться, автор идеи не пояснил. Нам с вами гораздо более известны и понятны экономические реформы, предпринятые президентом США Рузвельтом во времена великой депрессии в 1929 – 1933г.г. Тогда американский президент для спасения страны смело позаимствовал и внедрил элементы советско – социалистической практики организации экономики, нанеся разящий удар по корпоративно – клановой системе, душившей США в железных объятиях. Он покончил с монополизмом, ввел прогрессивную систему налогообложения и частично плановое ведение народного хозяйства, стимулировал работу предприятий малого и среднего бизнеса, поставил крест на хищническом расхищении природных богатств, поддержал развитие профсоюзного движения. В результате США в короткий срок вернули себе репутацию великой экономической державы. Этот статус – кво Америка удерживала еще примерно 25 лет, после чего экономика страны начала медленно стагнировать. Огромные средства направлялись на гонку вооружений с СССР и укрепление геополитического влияния в мире. Колоссальные финансовые затраты на эти цели, вопреки утверждениям, подрывали не только экономическое положение Советского Союза, но ощутимо сказывались и на самих Соединенных Штатах, которым все чаще приходилось запускать печатный станок и на полную катушку тиражировать доллар, который к тому моменту прочно утвердился как единственная мировая валюта. В борьбе с социалистическим блоком не на жизнь, а на смерть власти США создали режим наибольшего благоприятствования корпорациям, которые незамедлительно стали укрупняться и ветвиться, оформляясь в транснациональные структуры, базирующиеся в десятках странах мира, насчитывающие многие миллионы человек и располагающие капиталом, превышающим совокупный бюджет большинства государств. В конечном счете, монстр, порожденный и вскормленный свободным нерегулируемым рынком, обрел такую силу и финансовую мощь, что получил реальную возможность не только влиять, но и проводить в жизнь свои геополитические замыслы через карманные, по – существу марионеточные правительства, пришедшие к власти на деньги олигархического капитала, с соблюдением прекрасно отработанных процедур демократического избрания. Можно без натяжки сказать, что крах СССР (кость в горле флагманов капитализма) во многом обусловлен слиянием усилий ряда транснациональных корпораций, направленных на выработку и осуществление массированной политической и идеологической атаки, проводником которой стала американскую администрацию. Уничтожение такого сильного врага как Советский Союз не могло быть осуществлено военным путем, - победа в войне представлялась проблематичной, но даже в случае победы, потери могли стать невосполнимыми. Политическое и экономическое расшатывание СССР вплоть до его развала – проект, который был принят и осуществлен не в считанные годы горбачевского правления, как утверждают некоторые политологи, а в течение 30 лет, с 60-х по 90-й годы прошлого столетия.

Почему целесообразно так подробно остановиться на этом историческом эпизоде, не имеющим, на первый взгляд, отношения к теме повествования?

Вопрос состоит в том, что поражение социализма и его системы, стало пирровой победой США. Заняв положение абсолютного лидера мирового сообщества, Америка приняла на себя функции глобального регулировщика мировых процессов и очень скоро выяснилось, что эта роль США не по плечу ни организационно, ни политически, ни экономически. Присутствие чуть ли не во всех регионах мира, содержание огромной военной машины, крупномасштабные экономические диверсии, призванные установить в той или иной стране лояльный США режим, постоянно отвлекали и отвлекают неимоверно большие финансовые, материальные и людские ресурсы, не позволяя сосредоточиться в полной мере на решении внутренних проблем, подтачивая экономический базис страны. В какой-то момент времени выяснилось, что богатейшая страна мира – государство банкрот, с общим долгом, превышающим 13,0 триллионов долларов, что составляет более 32.000 долл. на каждого гражданина США, включая новорожденных. И тут мы вправе сделать предположение, что транснациональный капитал, принял решение не держать больше «яйца» в американской корзине, а «снять кассу» и компенсировать огромные финансовые затраты на ликвидацию СССР и на установление американской гегемонии. Мавр сделал свое дело, мавр может уйти. В пользу этой версии развития событий говорит тот факт, что финансовый кризис грянул именно в США, грянул вдруг; миллиарды долларов исчезли сразу и в неизвестном направлении, пропали так, словно в США нет аудиторских проверок и федеральной налоговой службы, в обязанность которых входит установление направленности и законности движения денежных потоков. Нельзя исключить, что имел место сговор на таком уровне, что контролирующим органам американского государства не пришло даже в голову начать серьезную раскрутку дела о растворившихся миллиардах. Возможно и то, что американские службы финансовой безопасности просто не могут конкурировать со специалистами, занятыми в транснациональной корпоративной финансовой системе и тогда раскрыть тайны движения денежных потоков им просто не по силам.

Так или иначе, факт остается фактом, - огромные суммы денежных средств в одночасье исчезли из оборота и пока никто не может поведать миру, куда они подевались. Очень похоже на то, что известная американская поговорка «деньги делают деньги» обрела конкретное воплощение в величайшей афере в истории человечества, по сравнению с которой хитроумные банковские ограбления века и финансовые пирамиды – детская игра в крестики – нолики.

Вообще словосочетание «финансовая пирамида», применительно к финансовым аферам, на мой взгляд, несправедливо к сооружениям, рожденным человеческим гением и являющим собой совершенство непоколебимой устойчивости. Здесь мы имеем дело скорее с воронкой, в которую жадные охотники за прибылью сливают свои деньги, в надежде получить кэш, на несколько порядков превышающий суммы, получпемые от депозитных вкладов или даже производственных прибылей.

Самое замечательное, что жертвами этой воронки стали сами финансовые институты, включая и государственные структуры, смело размещающие свои активы и резервные фонды в американских финансовых группах, компаниях и биржах, спекулирующих на ценных бумагах и валютных рынках. Вспомним, какое национальное бедствие постигло маленькую Исландию, вынужденную для спасения страны просить у мирового сообщества кредит в размере 22,0 миллиардов евро.

Примечательно, что все обманутые вкладчики, в том числе иностранные, потеряв миллиарды, даже не делают попыток апеллировать к финансовым институтам, умыкнувшим их деньги, поскольку вкладчики размещали капитал сознательно и добровольно, отдавая отчет в том, что рискуют, но, уповали на прочность, непотопляемость и честное ведение игры финансовыми воротилами, управляющими их капиталом.

В свое время К. Маркс вывел формулу капиталистического производства и закон прибавочной стоимости. Сущность их по Марксу сводится к тому, что собственник предприятия вкладывает деньги в производство той или иной продукции, реализует эту продукцию на рынке и возвращает денежные средства обратно в производство, а чистую прибыль, полученную в результате продажи, кладет в карман. Автору «Капитала» в то время даже не могло прийти в голову, что через какое – то время капитализм реализует другую, более эффективную формулу получения прибавочной стоимости - «деньги – деньги», когда чистая прибыль может достигать фантастической величины – сотен процентов годовых. Заимствуя для этого теорию и практику азартных игр, в США изобрели финансовый «Блэк – Джек» как единый механизм оборота и расширенного воспроизводства денежных масс путем размещения вкладов в предприятия, специализирующиеся на прокрутке денег на биржевых торгах, своего рода казино, устраивающее игру по четко установленным правилам. Никто особенно не скрывал, что речь идет о спекуляциях на валютном рынке и рынке ценных бумаг. Фактически речь идет о торговле воздухом, т.к. биржевое ценообразование акций, ваучеров, фьючерсов, облигация и прочих хитроумных бумажных изобретений для облапошивания игроков – вкладчиков никак не привязано к фактической балансовой стоимости предприятий, их основных фондов или к реальной стоимости сырья.

Цены на «бумажный товар» могут прыгать в течение одной торговой сессии многократно и в весьма широком диапазоне. Скорость оборота такова, что рядовые биржевые игроки физически не успевают анализировать динамику изменения котировок, увеличивая, тем самым, вероятность проигрыша. Происходит череда манипуляций, скрывающих самое действие. Вы видите только результат, часто неутешительный. Стоимостные параметры ценных бумаг определяются согласованными действиями спекулянтов, играющих на повышение или понижение, а факторы ценовых колебаний таковы, что практически не подлежат прогнозированию. Скажите, можно ли предугадать, что в какой-то момент времени произойдет событие, сеющее панику или воодушевляющее биржевых трейдеров? Никто и никогда не в состоянии спрогнозировать, какой именно отчет представит немецкий Банк «Х», поссорится или нет Иван Иванович с Иваном Никифоровичем и выступит ли президент США с вдохновляющими обещаниями выправить экономическое положение в стране. Любое сколько – нибудь значимое событие в международной жизни, как экономического, так и политического характера, незамедлительно приводит в действие чувствительные биржевые индикаторы и предопределяет направление и величину отклонения ценового маятника.

Сегодня, после столь сильного глобального финансового потрясения только слепой не видит порочности игнорирования экономических законов, открытых еще в 19 веке. Формула «Деньги – деньги», положенная в основу биржевых финансовых махинаций американским спекулятивным капиталом и распространившаяся на весь мир, рано или поздно должна была привести к тому моменту, когда будет снят банк. Именно с этой целью и устраиваются спекуляции с валютой и ценными бумагами. Всем известно, что биржевые торги – это большая игра на очень большие деньги. За аналогами таких игр далеко ходить не надо. Почитайте теорию игр, посетите казино, сыграйте в «Блэк-Джек» или в рулетку и вы легко убедитесь в том, что из всех играющих выигрывают очень немногие, а чаще всех других – крупье.

Нынешний финансовый кризис – окончание большой игры, в которой победитель, а скорее устроитель игры, пожелавший остаться неизвестным, сорвал банк, оставив других игроков при своих интересах. Международных теневиков абсолютно не заботят последствия планетарной финансовой аферы в том числе для того же американского государства. Как говорится, в бизнесе друзей нет, есть интересы и неумеренные корпоративные аппетиты, удовлетворение которых требует жертв. В свое время Джорж Сорес пришел к фундаментальному выводу, что любые …»рынки очень эффективны при распределении ресурсов для удовлетворения конкурентных частных потребностей, но совершенно не удовлетворяет такие коллективные потребности, как поддержание мира, защита окружающей среды, социальная справедливость и даже обеспечение функционирования самого рыночного механизма». Точнее не скажешь.

Вернемся, однако, к повествованию.

Когда высокопоставленные государственные деятели обещают строже контролировать риски при выборе игры, это попахивает лукавством, т.к. любая игра предусматривает самую высокую степень риска а, следовательно, размещение госбюджетных (народных) средств в качестве игровых ставок должно быть не только ограничено и подконтрольно, но и запрещено. В этой связи вызывает удивление, когда некоторые государства принимают решения о финансовой поддержке Банков, вложивших и «проигравших» деньги вкладчиков и оказавшихся банкротами, либо в состоянии близком к банкротству. Гораздо логичнее было бы организовать полную проверку деятельности таких Банков и в случае нарушений, либо сознательных действий, повлекших за собой нанесение ущерба вкладчикам, наказать руководителей в судебном порядке, потребовав у них денежного возмещения убытков, а сами банковские учреждения арестовать, а затем, либо передать под государственное управление, либо продать на аукционе с молотка более рачительным и ответственным хозяевам. И это было бы справедливо.

С другой стороны, т.н. такие стабилизационные меры по государственному «спасению утопающих» обусловлены весьма ограниченным арсеналов средств, находящихся в распоряжении стран с нерегулируемым рынком. Добровольно отказавшись от функций экономического регулирования, правительства этих стран лишили себя многих важных рычагов управления, которые эффективны как раз в критические моменты, коим является нынешний кризис. На примере Великобритании мы убеждаемся в том, что попытка «вытянуть за уши» тонущие банки пока не приносит желаемого результата. Кредитный механизм по – прежнему не работает и это несмотря на огромные бюджетные инъекции, направленные в банковскую сферу.

Однако оставим государственные решения правительствам, а сами попробуем подытожить вышесказанное.

Глобальный финансовый кризис наглядно подтвердил мудрость о том, что «рыба гниет с головы». Америка, длительный период, находящаяся во главе мировой экономики, будучи основным финансовым игроком, сама заигралась и оказалась в проигрыше, запустив центростремительный механизм антиамериканизма, разрушив миф о себе как о геополитическом лидере, способном держать в руках и регулировать все экономические нити. К такому выводу неизбежно придут прежде всего страны, в наибольшей мере привязанные или зависимые от экономики США и потому первыми ощутившие на себе последствия кризиса. В любом случае мы наблюдаем всеобщую тенденцию дистанцирования от опасного источника распространения кризиса, как промышленно развитых, так и развивающихся стран.

Американский доллар, казавшийся еще вчера непоколебимым оплотом США во все мире, стремительно утрачивает свои позиции. Многие государства начинают предпринимать усилия по ограничению долларовой зоны и пытаются договориться с ближайшими торгово – экономическими партнерами о переходе на взаиморасчеты в национальных валютах. Одно из таких предложений сделала Россия на саммите государств – членов ШОС и встретила понимание всех его участников. Подобным образом ставятся вопросы и в ряде государств Латинской Америки, а также Юго – восточной Азии.

На сегодняшний день невозможно прогнозировать сколь глубоким и затяжным станет финансово-экономический кризис. Ряд специалистов утверждают, что выход из кризиса потребует от 3 до 5 лет при согласованных и скоординированных действиях всего мирового сообщества. Надо, тем не менее, иметь в виду, что кризисные явления географически распространились отнюдь не в равной степени. Государства, в меньшей мере зависимые от американского рынка и слабо привязанные к доллару, вероятно, испытают меньшие потрясения и быстрее пройдут курс финансово – экономической реабилитации и, наоборот, страны – сателлиты США понесут значительные издержки и будут вынуждены действовать более энергично для выхода из кризисной ситуации.

Представляется, однако, что глубинные причины порождения кризиса лежат совсем не на поверхности, а таятся в самой природе капитализма, основой которой являются деньги как высший ценностный показатель. Деньги, ставшие в нынешнем буржуазном обществе не средством обеспечения достойной жизни, а самоцелью, толкают людей к формированию сообществ, стремящихся к сверх наживе и, применяющих для этого хитроумные технологии обворовывания огромных слоев населения в самых различных странах. Сам кризис – только следствие длительной и тяжелой болезни, называемой неуправляемым рынком, а по сути – узаконенным крупномастабным стяжательством.

Железобетонная твердыня здания американской мечты, похоже, стремительно разрушается, грозя в один прекрасный момент обвалиться, погребя под собой его обитателей. Для спасения этого здания, вероятно, потребуется произвести капитальный ремонт. Ушедшая американская Администрация оставила нынешнему 44-му Президенту тяжелое наследие и еще более тяжелый выбор, когда косметические действия едва ли помогут разрулить ситуацию. Хватит ли у молодого Барака Обамы политической интуиции, знаний, энергии, а главное способности выбрать правильный курс, будет видно спустя год его президентства.

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 20:09:43 GMT

3. ЗА ФАСАДОМ ОБЩЕЕВРОПЕЙСКОГО ДОМА

Нынешний год обещает серьезные трудности и испытания Европейскому Сообществу. По мнению ряда евроаналитков, оформление ЕС как новой государственной формации, столкнется с внутренними противоречиями, способными не только затормозить процессы объединения стран Европейского континента, но и вообще поставить под сомнение возможность этого объединения.

Достаточно вспомнить, насколько неадекватно принял ряд государств, проект Конституции ЕС, усмотрев в предложенной редакции Основного Закона элементы неравноправного сосуществования членов союза. В частности, на резкое возражение Испании и Польши, Германия и Франция незамедлительно отреагировали угрозой заморозить финансирование из европейского бюджета программы развития тех стран, которые будут настаивать на равноправном представительстве и принятии решений в органах управления ЕС. Таким образом, принципиально разные подходы к правовым вопросам создания единого государства и формирования его органов власти внутри ЕС ярко продемонстрировали наличие острых проблем общеевропейского государственного строительства. Существуют принципиальные разногласия между отдельными членами ЕС относительно типа государственного устройства (Федерация или конфедеративный Союз государств).

Новый, приглаженный и припудренный вариант Ероконституции, получивший название «Лиссабонское Соглашение» также не без труда пробивает дорогу. Стоило одной только Ирландии вынести проект соглашения на референдум, как он был заблокирован населением этой страны, что по действующим в ЕС правилам вполне достаточно для того, чтобы на этом жизненно-важном документе поставить жирный крест. А впереди еще Чехия во главе с президентом – евроскептиком (к моменту публикации решение чешского Парламента будет уже принято), способная подложить еще одну свинью под общеевропейский фундамент. Если черный сценарий в отношении Лиссабонского Соглашения состоится, это будет означать пробуксовку практически на всех участках строительства общеевропейского дома, ибо успех или провал идеи Соединенных Штатов Европы предопределяет ограниченный лимит времени. Заданный исключительно высокий темп объединительных процессов демонстрирует, что лидеры стран - инициаторов образования ЕС превосходно осознают, - любая потеря динамизма ведет к растущим финансовым и организационным издержкам, снижению уровня доверия населения к европейским институтам власти и управления и , как следствие, увеличению числа внутренних противников европейской интеграции. С другой стороны, форсирование процессов еврообъединения не оставляет времени на осмысление стратегии и тактики, а также на выработку механизма взаимодействия членов ЕС в рамках единой системы. Поспешные или несбалансированные решения неизбежно сопряжены с издержками, обострением внутренних противоречий, вплоть до откровенных демаршей отдельных государств европейского пространства.

Серьезной проблемой является то обстоятельство, что у строителей ЕС отсутствует хоть сколько - нибудь приемлемая модель аналогичного межгосударственного образования, поэтому приходится, зачастую, двигаться наугад, методом «проб и ошибок», многократно увеличивая вероятность просчетов, любой из которых способен кардинально отразиться на результатах объединительного процесса. Указанное обстоятельство может стать тормозом в самом ближайшем будущем, когда внутри ЕС придется решать задачи выравнивания социально - экономических условий жизни в государствах, находящихся на разных ступенях развития. Показателен пример с населением бывшей ГДР, благосостояние которого после присоединения к богатой ФРГ, за прошедшие 19 лет, практически не выросло, а у 30%, даже снизилось.

Колоссальный разрыв жизненного уровня наблюдается между пятеркой высокоразвитых стран старой Европы и большинством государств восточной Европы. Несмотря на оптимистические заявления некоторых видных европейских политиков о взаимовыгодности членства в ЕС, не надо быть крупным экономистом, чтобы прийти к выводу о том, что выравнивание социально – экономической ситуации не может быть осуществлено в короткие сроки и без дотаций «развивающимся» государствам еврозоны со стороны наиболее продвинутых экономик Европы. Осуществляя «семейную» помощь страны – доноры при этом обязаны непрерывно балансировать, выделяя ровно столько собственных бюджетных средств, сколько позволяет внутренняя экономическая обстановка. Нарушение этого зыбкого баланса чревато внутренними волнениями, а возможно и широкомасштабными протестными действиями населения своих стран, несущими реальную угрозу правящему режиму. В условиях глобального финансового кризиса, опасность разбалансировки при распределении денежных средств многократно возрастает и поэтому можно ожидать существенного урезания дотационного «пирога». Как только такое урезание состоится, неизбежно начнутся волнения в государствах – потребителях. Собственно, стихийные волнения мы уже наблюдали в Латвии и Литве. Дальше цепная реакция, вероятно, перекинется на Болгарию, Румынию, Польшу, Венгрию и т.д. Если к этому времени Европейское сообщество не найдет дополнительного «насоса» закачки необходимого количества денежных знаков в экономическую стабилизацию менее развитых стран, не исключено, что фаза стихийного протеста перейдет в фазу организованных действий, выйти из которой будет крайне сложно, если вообще возможно. Эта угроза куда как пострашнее, нежели маячащая в далекой перспективе экологическая катастрофа, которой европолитики уделяют столь пристальное внимание. Вряд ли состоятся и другие общевропейские проекты в случае, если лопнет финансовая «шагреневая кожа» ЕС и страны Евросоюза с криками «спасайся кто может», бросятся врассыпную.

Следует принять в расчет то обстоятельство, что многие государства присоединились к ЕС с единственной целью - обеспечить свое развитие и безопасность за счет более богатых членов сообщества. В силу экономической отсталости, эти государства готовы, в лучшем случае, обеспечить странам - донорам благоприятный инвестиционный климат, но при максимальном сохранении независимости и суверенных прав. Такая позиция как минимум не реалистична, ибо только самые недалекие оптимисты могут питать иллюзии на предмет того, что такие «киты» ЕС как Великобритания, Германия, Франция, Италия, Швеция примут на себя обязательства «дойных коров» для государств, решивших жить по принципу «мое - это мое, а твое - это наше». Поэтому, сирым и убогим едва ли следует ожидать, что Евросоюз станет братской семьей равноправных народов. Скорее всего, ЕС трансформируется в многоуровневую структуру (если преодолеет этап организационного становления), подобную масонской ложе, где каждой стране будет установлено место, соответствующее ее ресурсной и финансовой обеспеченности, а также конкретному вкладу в общеевропейскую казну.

Значительные препоны на пути оформления и укрепления ЕС заложены в серьезных противоречиях между необходимостью усиления централизации всех систем руководства и демократической основой построения и функционирования Союза. Уже сегодня крепнущая европейская бюрократия стремится создать правовую базу, расширяющую возможность для европейских органов власти и управления принимать решения, имеющие для стран – членов ЕС обязательный характер, причем области применения таких решений шаг за шагом расширяются. Данная тактика выдает истинные цели идеологов ЕС трансформировать ЕС в федеративное, а позднее, возможно, в унитарное государство. С точки зрения практики такие типы государств наиболее жизнеспособны, а значит избранная тактика оправдана. С другой стороны, конституционные основы ЕС, содержащиеся в Лиссабонском Соглашении, по- прежнему утверждают ЕС как конфедерацию, с сохранением широких суверенных прав странам – субъектам Соглашения. В связи с этим, многосложным и деликатным становится вопрос о выработке таких стандартов внутрисоюзных отношений, которые в полной мере отвечали бы как общим интересам, так и суверенности каждого государства ЕС. Нетрудно предугадать, что 26 государств ЕС, находящихся на разных уровнях развития, имеющих свою специфику, приоритеты в развитии и многие другие отличительные признаки, нередко будут совершенно по – разному воспринимать те или иные общеевропейские инициативы, а действующий механизм блокирования любых решений не оставляет сомнений в том, что многие из этих решений либо вообще не будут приняты, либо пройдут под знаком компромисса, в выхолощенном, усеченном формате.

Оценка таких неутешительных перспектив наводит на мысль о том, что уже в недалеком будущем европейскому Союзу (если речь идет о дееспособности этого государственного образования), придется фундаментально пересмотреть свои конституционные основы и изрядно ужать демократическую составляющую в части предоставления прав странам – членам ЕС. Выполнить эту сложную операцию тихо и незаметно не представляется возможным, а отправить на места для обсуждения – значит получить заведомо отрицательный результат. Вполне вероятно, что будет выбран «бархатный» или «ползущий» вариант, когда сверх ныне действующих властных структур проталкивается решение об установлении поста Президента с весьма широкими полномочиями (это прописано в проекте Лиссабонского соглашения и даже определен единственный кандидат, бывший премьер – министр Англии Тони Блэр). Президент сформирует свой исполнительный орган – Администрацию и страны ЕС станут суверенными республиками, штатами, кантонами и чем угодно, но уже без налета независимости. В целях сохранения демократической окраски, положение о формировании руководящих органов и порядке принятия решений ЕС, вероятно, не претерпит изменений, однако наверняка будет найдена формула, при которой важнейшие вопросы жизнеустройства европейской семьи останутся за Президентом и неким Президиумом ЕС в составе 5-6 ведущих европейских стран, в то время как за прочими закрепится функция принятия решений по второстепенным, малозначимым вопросам.

Таким образом, хотим мы того или нет, перспектива вырисовывается как минимум туманная.

Между тем лидеры стран – новичков ЕС, не устают убаюкивать свои народы красивыми сказками о будущей сытой, процветающей жизни в европейском содружестве. Столкновение избыточного оптимизма с суровыми реалиями предстоящего «сожительства», бедных с богатыми, подразумевающего для первых заведомо подчиненное положение и постоянные уступки, а для вторых - непрерывное балансирование на грани соблюдения собственных интересов и сохранения ЕС как жизнеспособной системы, все это наводит на размышление, что архитекторы Европейского Союза поставили перед собой цели, по сложности мало чем уступающие строительству коммунизма в отдельно взятой стране.

В связи с вышеизложенным, предполагаем, что предстоящий процесс европейской интеграции обещает быть исключительно болезненным, а период выработки, наладки и притирки всех элементов механизма саморегуляции

общеевропейского государства - затяжным, если уже в ближайшие 3-4 года не завершится самораспадом. Последний сценарий особенно опасен для слаборазвитых стран ЕС, т.к. для них это прямой путь в депрессию, переходящую в глубокий и затяжной кризис. Помимо всего прочего структуры, заменяющие ЕС, на сегодняшний день отсутствуют и вступать некуда, а если бы такая структура и существовала бы, вступление в нее с таким багажом нерешенных проблем представляется делом нереальным – скорее всего не примут. Можно создать новое межгосударственное объединение на обломках Евросоюза, но объединение нищих никому не принесет богатства. Одним словом, все варианты одинаково плохи.

Что касается года нынешнего, то мы вправе ожидать на всем европейском пространстве расширение масштабов антиглобализма и массовых выступлений трудящихся в защиту своих социальных прав и национальных интересов. В дальнейшем скорее всего состоится формирование единого общеевропейского оппозиционного центра, призванного координировать деятельность протестных слоев населения и усиливать политическое давление на правящие структуры ЕС и режимы, входящих в него стран.

Таким образом мой европессимизм обусловлен многими негативными факторами и, трудно разрешимыми противоречиями, стоящими на пути европейской семьи.

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 19:59:39 GMT

3.1. ШАТКАЯ ПОСТУПЬ ЭСТОНИИ

14 сентября нынешнего года Эстония отметит 6-летие вступления страны в Европейский Союз. К этому времени пройдут вторые выборы в Европарламент и очередная группа эстонских депутатов займет свое место в Брюсселе.

Все эти годы нашего членства в европейской семье показали, что интеграция в общеевропейское пространство - есть многосложный, многосторонний и длительный процесс, а заявления наших правителей о том, что «Эстонии нет необходимости интегрироваться в Европу, т.к. мы и есть Европа», оказались пустой бравадой. Европейское сообщество, занятое процессами само укрупнения и созданием институтов управления, какое-то время потеряло нас из виду, предоставив эстонскому руководству широкую свободу действий, которую мы употребили в основном на скандальные выяснения отношений с восточным соседом – Россией. Создавалось впечатление, что Эстония поставила перед собой единственную стратегическую цель – оформить антироссийскую коалицию из числа прибалтийских стран, с подключением Польши, Украины и Грузии, также не питавших симпатии к РФ. Не вдаваясь в перипетии «политической перестрелки», длившейся последние 9 лет, можно констатировать, что антироссийская риторика и булавочные уколы партнеров по коалиции не возымели никакого действия. Россия, сконцентрированная на решении собственных проблем, не сочла нужным для себя втягиваться в разборки с коллективным неприятелем, а избрала тактику выстраивания партнерских отношений не с каждым отдельным государством еврозоны, а непосредственно с Евросоюзом как с субъектом равной весовой категории. Вспомним историю со строительством газопровода «Норд стрим», прокладка которого предполагалась по дну Балтийского моря, в том числе через шельф, находящийся в эстонских территориальных водах. Несмотря на очевидную выгоду газового проекта для нашей страны, получавшей в свое распоряжение новую транзитную ветку а, следовательно, постоянную и бесплатную бюджетную подкачку, выражающуюся в весьма приличных деньгах, правительство под предлогом озабоченности возможными экологическими последствиями отказала авторам проекта в предоставлении своего участка шельфа, совершив таким образом, еще один демарш. Г-н Антсип и другие члены правительства вероятно не учли, что проект является не российским, а международным и в его реализации заинтересованы не только и не столько Россия, сколько ряд стран центральной и западной Европы, в частности Германия, а лоббистом проекта выступает признанный тяжеловес европейской политики, бывший канцлер ФРГ г-н Шредер, умеющий преодолевать трудности. Отметим, что нашумевшая газовая «война» между Россией и Украиной окончательно и бесповоротно убедила ЕС в необходимости диверсификации газовых потоков, а «Норд Стрим» целиком и полностью отвечает этой задаче. Высокую степень заинтересованности в скорейшем запуске нового газопровода подтвердила и нынешний глава немецкого государства на последней встрече с премьером РФ Путиным. Иными словами, вряд ли приходится сомневаться в том, что «Норд стрим» состоится, только уже без Эстонии, равно как состоятся и две другие новые ветки - Северный и Южный поток. Европа не останется без газа, а Россия без денег за газ.

Что касается противодействия странам антироссийской коалиции, то Россия нажала на соответствующие кнопки тех механизмов, которые вызвали неприятные, легкие «болевые» ощущения. Польша надолго потеряла российский рынок сбыта свинины, Грузия оказалась перед фактом потери части своей территории, Украина «добилась» значительного повышения закупочных цен на газ ужу в следующем году, а наша республика заполучила проблемы с транзитом российских нефти, угля, леса, а также уход из Эстонии ряда представителей крупного российского капитала, т.е. инвесторов. С чем же осталась Эстония, кроме собственных политических амбиций, вот в чем вопрос…

Но и на политической ниве дивиденты, мягко говоря, не велики. Непрерывные наскоки на Россию, призванные, видимо, основательно поссорить Евросоюз с Российской Федерацией, либо привнести в эти отношения элемент напряженности, начали вызывать нескрываемое раздражение у руководства ЕС, поскольку такой поворот событий едва ли был в интересах Сообщества и большинства европейских стран. Это хорошо видно по тому, с каким постоянством руководство Евросоюза отвергает антироссийские инициативы. Похоже, сегодня бесперспективность действий в этом направлении стала очевидной и для самих авторов упомянутых инициатив.

Глобальный финансово – экономический кризис окончательно все расставил по своим местам. Общие проблемы, как и любая общая беда, заставляет конфликтующие стороны забыть о разногласиях и сконцентрироваться на поиске решений. Перетягивание канатов в момент, когда почва уходит из под ног, теряет всякий смысл и становится опасным занятием. Кто может поручиться за то, что в определенный момент времени обстановка не потребует искать поддержку у вчерашнего политического недруга и тогда даже самые отмороженные вспоминают простые истины: «Не плоди врагов, собирай друзей» и что «Худой мир лучше доброй ссоры». Скверно когда такое понимание приходит с задержкой, а похоже именно так и произошло в российско – эстонских отношениях. Конечно, мириться никогда не поздно, но для этого требуется обоюдная, добрая воля и реальные шаги навстречу друг другу. Готова ли к таким шагам эстонская и российская правящие элиты, пока не очевидно.

Не одна гладь, да божья благодать ожидает в перспективе Эстонскую Республику и европейской семье, несмотря на оптимистические заявления нашего премьера. Для прогнозирования возможных сценариев внутрисоюзных отношений и их проецирования на Эстонию, следует правильно оценить роль и место Эстонской Республики в Европейском Сообществе.

Прежде всего, целесообразно смирить гордыню и объективно посмотреть правде в глаза. А правда сия состоит в том, что при внешнем, кажущемся равенстве стран – членов Сообщества малым и бедным странам надолго предопределена роль подносчика снарядов для тяжелой артиллерии в лице высокоразвитых европейских государств. Понять и принять это факт означает правильно выбрать линию поведения, позволяющую с максимальной эффективность конкурировать с себе подобными, а их в раздутом и еще не оформившемся ЕС больше половины. В этих условиях преимущество получат те, кто не только научится грамотно «доить европейскую корову», как метко выразился эстонский министр финансов Ивари Падер, но лучше других будет эту корову обслуживать. Если в первом компоненте Эстония изрядно преуспела и регулярно получает европейские дотации, то в части обслуживания, дело пока ограничивается поддакиванием и прилежной исполнительностью европейских директив со стороны эстонского руководства. Пока Евросоюз больше всего нуждается в поддержке своих субъектов, этого, вероятно, достаточно для получения своей порции молока от общеевропейской «коровы». Однако, совсем не далек тот час, когда придется не казаться, а быть, т.е. полностью соответствовать жестким европейским критериям по всем параметрам, определенным властями ЕС в качестве приоритетных. Среди этих показателей и уровень инфляции и уровень безработицы и объем ВВП в пересчете на душу населения и высокие экологические стандарты и права нацменьшинств, и прекращение дотирования (читай поддержки) сельского хозяйства и, кто еще знает, что там впереди…. Все тот же пресловутый кризис только подхлестнет европейское сообщество к жестким и зачастую непопулярным мерам.

В какой степени нынешнее руководство республики подготовлено к многовекторным действиям, способным обеспечить исполнение европейских установок и, в тоже время, не опустить жизненный уровень населения страны ниже критической отметки, до которой буквально рукой подать?

Понятно, что такого рода действия невозможно осуществлять без должной проработки и взаимоувязки по каждому направлению. Пассивное созерцание происходящих в обществе процессов и работа по затыканию дыр были позволительны в период экономического бума, но абсолютно неприемлемы в нынешних условиях грядущей рецессии.

Пусть меня простят, но создается впечатление, что у действующего правительства отсутствует не только комплексная государственная программа стабилизационных мер и основных направлений развития страны на среднесрочный период, но даже ясное понимание ближайших задач и средств достижения тех или иных целей на магистральных направлениях жизни республики. Отсюда и такие невнятные малоэффективные действия, и почти невидимые результаты этих действий.

А, между тем, за постсоветское время в Эстонии сложились серьезные социально – экономические и региональные диспропорции, которые могут послужить социальным детонатором уже в нынешнем году, если только правительство не предпримет экстраординарные шаги по «реанимации» отстающих областей и сфер народного хозяйства страны.

Еще более сложной представляется задача по разработке и осуществлению государственной программы регионального развития, особенно регионов Северо – востока и Юго – востока Эстонии, находящихся в тяжелом положении.

Создается, однако, впечатление, что нынешнее коалиционное правительство, возглавляемое партией Реформ, не готово и не способно решить эти задачи, поскольку практически полное обновление руководящих кадров и аппарата органов государственного управления, повлекло за собой потерю времени на изучение реальной ситуации, изменение параметров внутриполитического курса, выработку приемлемых подходов и первоочередных мер для решения повседневных задач. По крайней мере прошедший год правящая коалиция, в основном, посвятила «усадке и утряске» внутренних взаимоотношений и дележу сфер государственного влияния, причем этот процесс продолжается по сей день, что закономерно при изначальной неустойчивости коалиции. Помимо всего прочего, правящий межпартийный триумвират вынужден постоянно держать в поле зрения маневры и ходы, сильной Центристской партии, которая даже, несмотря на неудачу при формировании правительства и переходе в оппозицию, имеет самую крепкую парламентскую фракцию и неизменно лидирует в рейтинговом опросе избирателей.

В практической плоскости, реформисты едва ли способны выправить курс «расшатавшейся эстонской лодки», особенно в условиях необходимости действия на «трех фронтах». Этими тремя фронтами являются ЕС, политическая оппозиция и население страны. Не имея за спиной эффективных рычагов государственного управления, действуя, зачастую, по наитию и с оглядкой, не только на политических противников, но и партнеров по коалиции, команда премьер – министра Антсипа обречена работать в условиях «латания дыр» и удержания ситуации под контролем. Что касается перспективных направлений, то на их разработку не хватает ни средств, ни времени, ни сил. Отсюда, самые простые решения, не затрагивающие глубинных проблем эстонского общества и принимаемых, зачастую, в «пожарно – аварийном» порядке.

Вызывет тревогу и то обстоятельство, что нынешнее правительство «поневоле» не вполне компетентно, иначе как можно объяснить прошлогодний провал в госбюджете, составивший свыше 4,4 млрд. крон. И это при том, что всего несколькими месяцами раньше правительство с гордостью рапортовало о профиците бюджета. Откуда вдруг образовалась такая черная бюджетная дыра, залатать которую так и не удалось, несмотря на затягивание поясов министерствами и ведомствами. Неужели Минфин настолько слаб, что не в состоянии грамотно посчитать деньги, произведя всего два арифметических действия. Или сработала эстонская финансовая воронка в которую были слиты недостающие миллиарды? На эти, как и на многие другие вопросы общественность так и не получила вразумительного ответа. Новая тайна, покрытая мраком, весьма схожа с тайной дела о пропавшем миллионе долларов, главным фигурантом которого считается Сиим Калласс - нынешний еврокомиссар от Эстонии. Однако согласитесь, суммы – то несопоставимые, а потому вопрос остается в силе: а деньги господа где?

Однако вопрос вопросом, а миллиардов похоже не найти. С этой констатацией нам придется жить дальше, поумерив потребности до уровня сокращающихся возможностей.

Создается ощущение, пророческими оказались слова евроскептиков, предрекавших массовому эстонскому жителю незавидную долю сползания в нищету и напряженную борьбу за право жить по – человечески.

У большинства эстоноземельцев оформилось понимание того, что общеевропейское государство не намерено, не может, а потому и не берется за выравнивание социальных условий жизни на все европейском пространстве, оставив эту обязанность местным властям, которые, как мы понимаем, тоже не стремятся нести на себя этот тяжкий крест, великодушно предоставив народонаселению страны самостоятельно находить пути решения собственных житейских проблем. Зато ЕС исправно субсидирует развитее инфраструктуры, направляя огромные средства в ремонт дорог, строительство очистных сооружений, объектов коммунального хозяйства и т.д., что, конечно же, тоже неплохо. Примечательно, но правительство не способно даже освоить выделенные денежные средства. В советское время за подобную, с позволения сказать, хозяйственную деятельность пришлось бы отвечать по всей строгости, а дотации на следующий год были бы урезаны как минимум на величину неосвоенных средств. Плохо и другое; для нас, как сейчас модно выражаться, потребителей, эти реки евро, текущие в Эстонию, зачастую, не видны, потому что в карман их не положишь, на хлеб не намажешь, в стакан не нальешь. Но вот что мы точно видим собственными глазами и ощущаем всей кожей, так это сокращение рабочих мест, непрерывный рост цен на продукты, галопирующие скачки тарифов на тепло, воду, электроэнергию и прочие коммунальные блага. Мы с болью наблюдаем катастрофическое падение образовательного уровня наших детей, агонию системы здравоохранения, лавинообразный рост преступности, вызванный резким ухудшением условий жизни значительной социальной группой населения. Другими словами мы видим все то, что власть придержащие стараются всеми силами не замечать, а замечая, убаюкивать себя и нас заклинаниями о временных трудностях и грядущем счастливом будущем.

При негативном социальном факторе, общая ситуация в республики в перспективе станет более чем напряженной. По некоторым оценкам, углубление финансово – экономического кризиса и, ожидаемый в связи с этим рост цен на товары и услуги первой необходимости, выбросят за черту бедности дополнительно как минимум еще 150 – 180,0 тысяч жителей республики. Таким образом, протестная группа с низким жизненным уровнем перейдет 25% рубеж, что намного превышает критическую отметку, гарантирующую внутреннюю безопасность страны. Речь идет не только о нетрудоспособном населении и безработных, но и категории работающих, чей совокупный месячный доход находится в пределах 4,0 - 5,0 тыс. крон. Отдают ли себе руководители государства отчет в том, что эта проблема не является второстепенной и что наступает пора расчета с собственным народом за однобокие реформы и не всегда продуманные решения. Судя по всему – нет. Власти нас постоянно убеждают в необходимости сокращать дотации населению из – за отсутствия в казне денег. Народ периодически радуют сводками о неизменном увеличении средней заработной платы по республике, словно и не ведая, что эта т.н. средняя зарплата похожа на анекдотическое филе из каллибри с говядиной, где пропорции 1:1, т.е на одну птичку – одна корова. Проще говоря, статистическая средняя з/п - это соотношение показателей между бизнесменами и госчиновниками, зарабатывающих от 15.000 до 300.000 и выше и остальными 80% трудящихся, получающими от 4,5 до 6,5 тыс. эстонских крон.

Памятуя об этом, едва ли надо гордиться средней заработной платой, составляющей 600 долл.США в стране, где только оплата за стандартное жилье (не считая платежей за электроэнергию, телефон, телевидение, Интернет) приближается к 300 долларам, инфляция в отдельные годы доходила до 10 - 12%, а цены на товары и услуги первой необходимости в среднем росли на 15 – 20% в год. За истекшие 15 лет, стоимость потребительской корзины выросла примерно в 6 раз, в том числе продуктов питания – в 8 раз, в то время как зарплата в три раза.

В условиях вялотекущих и практически нерегулируемых экономических отношений, нарастания экономического, социального и демографического кризисов, утечки квалифицированной рабочей силы за рубеж, правительство реформистов взяло на вооружение систему «частичного дотирования», подразумевающую не создание условий для обеспечения нормальной жизни большинства населения, а иллюзию участия государства в поддержке этого населения. Объяснением такого рода тактики может служить то обстоятельство, что у эстонских правителей не просматривается финансовых резервов и дополнительных источников поступления денежных средств, необходимых для смягчения болезненных последствий кризисных явлений и предотвращения грядущей массовой бедности в Эстонии.

Исходя из вышеизложенного, в республике уже осенью нынешнего года можно ожидать правительственный кризис и переформирование кабинета министров, причем в этом случае нынешнему главе Правительства едва ли поможет даже успешное выступление на июньских выборах в Европарламент и сохранение реформистами позиций в органах местного самоуправления после муниципальных выборов. Спасением и сохранением стабильности в высшем эшелоне власти может оказаться решение ЕС об экстренной финансовой помощи кабинету Антсипа, но ожидать дополнительные денежные «инъекции» в нынешней неблагоприятной ситуации для всего Европейского сообщества, не приходится. Остается еще способ - изобрести и осуществить в нужный момент, например перед очередными выборами, эффектный полит - технологический прием (в чем эстонский премьер преуспел), сродни эпопее с переносом памятника Войну – освободителю. Можно, к примеру, перетащить на новое место памятник русским морякам - знаменитую «Русалку», или снести Домик Петра Первого, или очередной раз объединить нацию, устроив общенародные торжества по поводу предстоящего открытия мемориала Свободы на одноименной площади в Таллинне. Да мало ли чего еще способны придумать хитроумные пиарщики, чтобы вытащить правящую верхушку из болота. В такой момент, когда вопрос стоит о выживании, о последствиях рассуждать не приходится. Подумаешь, если еще больше углубится пропасть отчуждения между двумя языковыми общинами, когда государственная программа интеграции, на которую затрачено 10 лет времени и десятки, если не сотни миллионов крон, итак уже провалена. Согласно принципов древних римлян – властвовать легче, когда народ разделен.

Драматизм нынешней ситуации в Эстонии усугубляет относительно низкая перспектива обрести в ближайшее время политическое руководство, способное выправить положение, т.к. при любом исходе выборов или переформировании правительства, мы непременно получим все ту же коалицию «друзей поневоле», а следовательно пробки и заторы на пути любого решения, в то время как именно сегодня необходимо работать четко и согласованно, оперативно принимать жизненно важные меры и без задержки их осуществлять. Время, потраченное на политические торги, поиски компромиссов ( а это неизбежно в условиях многопартийной коалиции) может стать самым негативным решающим фактором, ведущим к тому, что нынешний кризис перейдет в следующую стадию – системную, последняя фаза которой – хаос.

Возможно автор сгущает краски и руководство страны крепко держит в руках штурвал эстонского государственного корабля, а грядущие социальные бури не вызывают опасений, поскольку «капитан» Антсип и его команда знают как с ней справиться. Если это действительно так, готов извиниться и признать ошибочность своих рассуждений. К сожалению, в настоящее время для этого нет оснований.

Как бы то ни было, для Эстонии, похоже, время самолюбования и показной самодостаточности – прошло. Начинается период социальных бурь и политических потрясений. Собственная легенда о маленькой, уютной стране, где все ее жители – одна дружная семья, начинает деформироваться и разрушаться, обнажая многолетние просчеты, сменяющих друг друга во власти партий и государственных деятелей. После 18 лет скитаний по непроторенным дорогам свободы и независимости, изрядно поистрепавшемуся эстонскому народу вновь предстоит неведомое «путешествие», на сей раз по бушующим порогам ЕС. Это означает, что многих эстоноземельцев впереди ожидают новые лишения и жестокая борьба за существование.

Говоря об Эстонии, было бы не справедливо обойти стороной «русский вопрос», подвешенный в воздухе с первых дней обретения ЭР государственной независимости.

Русское население и другие национальные меньшинства, испытывающие дискомфорт и значительные неудобства в связи с вводом в действие ряда законов, ограничивающих их права и свободы, все это время как умело выражали свое недовольство и пытались изменить сложившееся положение. Создавались и прекращали существование общественные движения, союзы, объединения и политические партии, выступавшие за равноправие двух языковых общин Эстонии. Русский голос, однако, всегда был недостаточно слышен ни в самой стране, ни за ее пределами, главной причиной чему являлись раздробленность и слабая самоорганизация русских общественно – политических сил. Отсутствие единства и неспособность к объединению вызваны совершенно объективными обстоятельствами. Все русскоговорящее сообщество изначально разделилось по гражданско – правовому положению (граждане ЭР, иностранцы и люди без гражданства (апатриды), по национальному признаку – на культурные автономии, по имущественному (социальному) признаку и политическим пристрастиям (пророссийские, проэстонские, прозападные). Такое статуирование привело к тому, что русскоговорящее население на сегодняшний день напоминает пестрое лоскутное одеяло, сшитое неумелыми руками. Данный коллективный облик воспроизвела и русскоговорящая общественность. Большие амбиции при малых возможностях порождали в русской общественно – политической среде партии и общественные организации, дублирующие друг друга, выступающие с одинаковыми или принципиально схожими позициями, но жестоко конкурирующие между собой за сферы влияния и право занять свою нишу.

Русская община – самая многочисленная (более 82% неэстонского населения) которая должна была естественным образом цементировать движение нацменьшинств, так и не сформировалась, оставшись в состоянии многочисленных мелких и недееспособных структурных единиц, смотрящих друг на друга с подозрением и недоверием.

Со временем русскоговорящая диаспора Эстонии все больше стала напоминать тонущего пловца, прекратившего всякие попытки спастись. Отсутствие хватательной реакции на протянутую руку помощи - верный признак утери рефлексии и перехода в коматозное состояние. Справедливости ради надо отметить, что эстонские власти сделали все от них зависящее, чтобы русское сообщество оставалось именно в таком состоянии, дабы устранить любую возможность консолидированного протеста.

Казалось бы, ничто не предвещало изменение статус- кво и рост самосознания русскоговорящего населения, но в апреле 2007 года произошло событие, кардинально изменившее ситуацию и толкнувшее русских к единению.

Премьер-министр Антсип осуществил то, что не удавалось ни одной русской партии и общественной организации. Перефразируя американских политологов относительно роли Бин Ладена в политике Белого Дома, можно сказать, что если бы не было Антсипа, то его следовало бы выдумать.

Эстонский премьер, будучи человеком последовательным и обязательным, проявил завидную твердость и, несмотря на протесты русского сообщества, осуществил давнишнюю мечту и программную задачу партии Исамаалийт по переносу памятника «бронзовому солдату» с Тынисмяги на Военное кладбище.

Как известно, эта акция сопровождалась протестными мероприятиями и массовыми беспорядками в Таллинне, а также в Йыхви и Нарве.

Памятник был перенесен ночью, в канун праздника, считающегося для подавляющего большинства неэстонцев священным – День Победы 9 мая.

Можно только гадать, сознательно или нет перенос состоялся именно в этот день, однако последствия этой акции таковы, что Антсип затронул самые тонкие струнки русской души – историческую память многих поколений, выращенных и воспитанных на примерах героизма отцов и дедов, отстоявших Родину от немецко – фашистского ига. Оскорбление памяти павших в годы Второй Мировой войны для русскоговорящего общества стал оскорблением всех и каждого в отдельности.

Не будем гадать, понимал или нет премьер, какие последствия повлечет за собой этот откровенно циничный акт. Скорее всего г-н Антсип мысленно подсчитывал голоса избирателей на предстоящих выборах в Рийгикогу. Как бывший партийный функционер и опытный политик он прекрасно понимал, что его поступок найдет отклик у той части населения страны, которая приветствовала перенос памятника, считая памятник символом оккупации.

Пиар сработал; на парламентских выборах 2007 года Антсип получил рекордное количество голосов за весь постсоветский период. По этому показателю его опережает только нынешний президент Эстонии Т.-Х. Ильвес, которого на европарламентских выборах 2003 года поддержали свыше 74.000 избирателей.

Но, как мы уже отмечали, обратной стороной победы стало патриотическое единение русскоговорящего сообщества, ярко выразившееся 9 мая, когда на Военное кладбище к памятнику войну – освободителю пришли десятки тысяч людей, а сам памятник утонул в живых цветах.

Таким образом, Антсип, помимо свое воли, стал невольным объединителем неэстонского населения, за что ему спасибо.

Последующий период времени ознаменовался затишьем после бури и долгосрочным поиском зачинщиков беспорядков и вдохновителей погромов в центре Таллинна. Заметим, что государственная машина, блестяще выполнившая полицейские функции по жестокому разгону людей, собравшихся на Тынисмяги, показала полную несостоятельность в розыске убийц молодого Ганина, оказавшегося в тот роковой день в гуще событий, а позднее с треском проиграло политический процесс над предполагаемыми зачинщиками беспорядков из Ночного дозора – Линтером, Кленским, Ревой и Сийраком. После судебного разбирательства, тянувшегося около двух лет, последние решением суда были полностью оправданы за отсутствием состава преступления и выпущены из - под стражи. Вышло прямо по Черномырдину: «хотели как лучше, а получилось как всегда». Вместо обличителя антигосударственной деятельности, обвиняющая сторона попала в неловкое положение, а потенциальные преступники предстали героями, незаслуженно пострадавшими от правящего режима. Буквально спустя две недели молодого Сийрака со всеми почестями встречали на Ленинградском вокзале Москвы сотни людей. Организованный ему прием по уровню не уступал официальным приемам высокопоставленных государственных лиц. Вот такая история…

Тем не менее, спустя два года после вышеописанных событий, общественно – политическая жизнь русскоговорящего сообщества не стала более насыщенной.

Единение, произошедшее в майские дни 2007 года было стихийным и не привело к единению русской общественности. Чтобы подтвердить этот факт достаточно приглядеться к тому, как разворачиваются события на предвыборной площадке по подготовке к очередным европарламентским выборам, намеченным на 7 июня 2009г. Уже сейчас на «русском электоральном поле» тесно; помимо центристов, традиционно сильных игроков, на старт изъявили выйти Русская партия, Д. Линтер и Д. Кленский в качестве независимых кандидатов и Объединенная левая партия, к которой принадлежит и автор настоящего повествования.

Логика и здравый смысл однозначно свидетельствуют о том, что нынешняя ситуация впервые за долгие годы благоприятствует русским политическим силам и предоставляет реальный шанс провести одного своего представителя в европейский высший представительный орган – Европарламент. Это означает, что русское сообщество обретает голос там, где завтра будут решаться вопросы его правового положения. Однако, как известно, один в поле не войн, поэтому для достижения конкретных результатов «русскому» депутату в Страсбурге нужна поддержка союзников. Из этого, на мой взгляд, следует исходить тем, кто намерен бороться за депутатский мандат. Вывод несложный: баллотироваться от русскоговорящего сообщества должен единый кандидат, имеющий наивысший политический рейтинг среди избирателей. Более того, данный кандидат должен идти на выборы по списку той партии, которая является коллективным членом общеевропейской партии. В случае успеха наш депутат войдет в европарламентскую фракцию и получит необходимую политическую поддержку европейских однопартийцев. Выступление «в индивидуальном»

Время тревог и потрясений

Admin — Mon, 02 Feb 2009 19:34:36 GMT

4. РОССИЯ: ОТ ПУТИНА ДО МЕДВЕДЕВА

Год минувший для этой огромной евро – азиатской страны был, несомненно, годом Путина, несмотря на добровольную передачу президентской эстафетной палочки своему преемнику Медведеву. Теперь уже бывший, российский президент, несмотря на огромные трудности, сумел вывести страну «из пике» и взять курс на набор высоты. Короткий период вынужденного лавирования, связанный с определенными обязательствами Ельцину и его «семье», завершился «расчисткой» государственной площадки, позволившей Путину укрепить кадровое окружение и действовать самостоятельно, без оглядки на некогда правящую либеральную политическую элиту. За 8 «путинских» лет Россия оправилась от глубокого нокаута и задышала полной грудью. Страна, уставшая от безумных реформ и тотального разграбления, почувствовала приход лидера - государственника, – молодого, сильного, волевого, с колоссальной работоспособностью. Всеми своими решительными действиями Владимир Владимирович возвращал народу веру в будущее.

Характерно, что за два президентских срока рейтинг общественного доверия Путина не опускался ниже 60% отметки, а нередко превышал 75%.

Такая безусловная поддержка придавала дополнительные силы и уверенность в осуществлении преобразований.

Первой крупной победой Путина является завершение чеченской войны и ликвидация опаснейшего очага напряженности не только в кавказском регионе, но и на всей территории Российской Федерации; в суверенных республиках наверняка не забыли ельцинских обещаний «дать им суверенитета столько, сколько они могут проглотить». Не случайно, разрубив чеченский узел, Путин приступил к укреплению государства, значительно усилив вертикаль государственного управления и осуществив меры по объединению ряда регионов. Однако самым блестящим направлением деятельности российского президента по созданию сильного государства стало партийное строительство. Используя собственный авторитет, Путин вдохнул жизнь в совершенно новую партию «Единая Россия», ставшей спустя 2 года правящей партией России, имеющей в Государственной Думе РФ абсолютное число депутатских мандатов.

Опора российского президента, имеющего огромные полномочия, на законодательную и исполнительную ветви власти, а также назначаемых губернаторов, позволила выстроить конструкцию госуправления, не уступающую по прочности советской системе партийно – политического руководства.

Команда Путина правильно рассчитала, что без жесткой властной вертикали любые реформы будут пробуксовывать, а не исключено, что вообще захлебнутся. Между тем, критическое положение в котором находилась страна, не оставляла ни минуты на размышление, а топтание на месте угрожало началом необратимых процессов, самым страшным из которых мог стать самораспад российского государства. Поэтому действия Путина в переломный момент нельзя расценивать иначе как исключительно правильные и своевременные.

Вполне вразумительными и понятными выглядели непосредственно реформы, особенно в социальной сфере, оформленные в виде национальных проектов. Отметим, что, начиная с 2000г. и по сей день, Россия позиционирует себя как социальное государство, с сильной социальной внутренней политикой, призванной наряду с экономическими мерами обеспечить в перспективе высокий уровень жизни российских граждан. Быстро растущие цены на углеводороды (по экспорту которых РФ входит в четверку мировых лидеров), позволяли постоянно увеличивать бюджетное финансирование социальных программ, что позволяло Путину продолжительное время ярко демонстрировать населению страны конкретные и ощутимые достижения в этой сфере.

Доверие и популярность в народе вызывали и президентские инициативы по обеспечению обороноспособности и безопасности россиян, укреплению ВПК и вооруженных сил. Следует оговориться; по мнению многих российских военных экспертов, реальные достижения в этой области выглядят намного скромнее, чем это представляют прокремлевские СМИ, демонстрируя успехи руководства страны в военном строительстве. По количеству и качеству вооружений, общему состоянию вооруженных сил, Россия все еще в разы уступает бывшему СССР. Тем не менее, даже самые большие септики не могут отрицать того факта, что военная реформа не на словах, а на деле является одним из приоритетных направлений государственного развития. Реструктуризация и модернизация отрасли, создание государственных корпораций в целях сократить время от разработок до серийного производства вооружений, перевод армии преимущественно на контрактную службу – зримые признаки реформирования, завершение которого можно ожидать в течение ближайших 4 – 5 лет.

Не стоит преуменьшать политического, а также морально – психологического результата, достигнутого Путиным в годы президентства. Успехи России на международной арене, высокие спортивные достижения, возвращение к духовному наследию в сочетании с возрождением патриотизма, все это создает в российском обществе атмосферу всеобщего единения и растущей гордости за свою страну. Россия сегодня, при всех нерешенных проблемах и трудностях роста, предстает перед остальным миром как самодостаточное и успешно развивающееся государство, имеющее собственные интересы и готовое их защищать.

В то же время более глубокое исследование процессов, происходящих в России, наводит на мысль, что в недалекой перспективе политическому руководству страны придется столкнуться с проблемами, которые до сих пор не решены и, в силу тех или иных обстоятельств, откладывались в долгий ящик.

Попробуем сформулировать наиболее очевидные и животрепещущие проблемы.

До настоящего времени в обществе (а возможно и у власти) нет общего понимания, какой общественно – политический строй избрала Россия и какая модель государственного устройства принята в качестве отправной. Это важнейшие параметры в жизни общества, т.к. предопределяют магистральные направления развития страны. Лукавое замалчивание в Конституции РФ такого базового положения как общественный строй, вероятно было сделано сознательно, чтобы не испытывать Основной закон страны на прочность, ибо в случае наличия положения о том, что Россия встает на капиталистический путь развития, существовала большая вероятность того, что подавляющая часть народа проголосовала бы против такой Конституции. Отсутствие этого важнейшего положения предоставило ельцинскому режиму неограниченные возможности насаждения самого дикого олигархического капитализма, который и перешел по наследству к Путину вместе с российской Конституцией и полуразрушенной страной.

В чем - то парадоксально но, опустив российское государство до самого дна, Ельцин сослужил своему преемнику добрую службу, т.к. дальше опускаться было просто некуда и Путину оставалось только слегка оттолкнуться, чтобы начать всплытие. Мы не обсуждаем самый крайний случай, при котором второй российский президент продолжил бы дело своего прародителя и привел страну в Армагеддон. Путин, ни один год видевший ситуацию изнутри, прекрасно отдавал себе отчет в том, что для него путь продолжения ельцинских реформ - чистое самоубийство, а Владимир Владимирович заступал на президентский пост вовсе не для того, чтобы бесславно сложить голову.

ВВП понимал, что первоначальное хищническое накопление (а точнее перераспределение) капитала состоялось и что повернуть эту колесницу, набравшую ход, нет никакой возможности, да и надобности тоже. На рубеже ХХ и ХХI века капитализм в России был в основном построен, и следует только модернизировать уже сложившуюся систему, придав капитализму более привлекательное (социальное) лицо. «Осоциаливание» общества было поставлено Путиным во главу угла и стало его главным проектом. В условиях крайней имущественной поляризации страны, когда 8% населения владели 80% национальных богатств, левый галс в сторону простого люда необходимо было выполнить с безупречной точностью. И в этом компоненте Путин зарекомендовал себя прекрасным капитаном. Добрую службу сослужили также профессиональные качества и навыки, без которых Путину едва бы удалось вразумить российских магнатов в необходимости делиться с народом.

Дополнительными аргументами президента стали оставленные под государственным контролем некоторые важнейшие сырьевые, энергетические и финансовые структуры, совокупный капитал которых обеспечивал значительную долю бюджетных поступлений, а деньги, твердая вертикаль власти и могучая силовая машина, управляемые из одного центра, обеспечили Путину гарантию непотопляемости на случай олигархического заговора, исключать которого никогда не следует, тем более, если принять во внимание необузданную коррупцию как скрытый, естественный рычаг расшатывания государственного здания и подрыва власти правящего режима. Кстати, вероятно именно это последнее обстоятельство вызывало повышенную обеспокоенность у Медведева, начавшего, как мы помним, свою президентскую карьеру с экстренной разработки и внедрения пакета антикоррупционных мер.

Тем не менее, даже при такой высокой степени готовности и самостраховки ВВП отдавал отчет в том, с какой финансовой мощью ему придется столкнуться, поэтому не стал бередить весь «улей», а предпочел произвести показательные выступления демонстрации силы действующей президентской власти, для чего нанести точечные, разящие удары, избрав для этого наиболее уязвимые цели. Проведя успешную тренировку на Гусинском, а затем, загнав в эмиграцию Березовского, Путин применил всю полноту власти по отношению к строптивому М. Ходарковскому - главе нефтяного гиганта Юкоса, отправив того на продолжительную отсидку в места не столь отдаленные. Остальные воротилы российского бизнеса, напряженно следившие за ходом «разборок» сразу уразумели, кто в доме хозяин и предпочли не будить лиха, а налаживать добрые отношения с законно – избранной властью. Господа Абрамович, Дерибаска, Потанин, Вексельберг и иже с ними добровольно взяли на себя функции корпоративного лобби президента и его команды, тем самым, сохранив свое место под солнцем и даже расширив «поверхность нагрева». Владимир Владимирович со своей стороны в качестве мировой не стал углубляться в исследования источников благосостояния и правильность налоговых отчислений в государственную казну от вышеупомянутых флагманов российского бизнеса, негласно предоставив им индульгенцию возможных грехов.

Путинский проект был реализован практически без потерь; социализация пошла безболезненно, волки остались сыты, и овцы целы.

В России замаячил призрак народного капитализма евроазиатского типа, китайско – шведского образца. С подачи советника Путина г-на Суркова, эта модель государственного строя получила название «суверенная демократия». Новый термин, вероятно, должен символизировать некий свой, особый путь развития, по которому идет современная Россия. В политических кругах понятие «суверенная демократия» сразу получило двойную трактовку. В частности, слово «суверенная» может быть в равной мере производным от слов «суверенитет» и «суверен», которые, согласитесь, несут совершенно разную смысловую нагрузку.

Однако шуточная игра слов, как их не истолковывай, а также оригинальное, но не убедительное кремлевское определение, так и не содержат ответ на фундаментальный вопрос, - в какой общественно – политической формации предстоит жить российскому народу. Рано или поздно, ответ на это вопрос придется дать со всей определенностью, ибо дальнейшие шаги по социальному реформированию общества, приведут к серьезным столкновениям интересов буржуазии и сообщества наемного труда, балансировать которые государству станет все труднее, что мы наблюдаем сегодня в развитых европейских капиталистических странах, сотрясаемых забастовками в различных секторах экономики и сферы услуг. В условиях неизбежно растущих противоречий между трудом и капиталом, положение центра, занимаемое нынешним российским руководством, чем – то напоминает сидение на двух стульях, раздвигаемых в разные стороны. В свое время, находясь в положении неустойчивого равновесия, свойственного для переходного периода, Путин сознательно занял центристскую нишу, потому что только нахождение в центре гарантировало политическую устойчивость российскому руководству, в то время как резкое отклонение вправо или влево, скорее всего, закончилось бы досрочной сдачей президентских полномочий, инициированных, или изнутри, или из вне России.

В дальнейшем, однако, возникает опасность нахождения в «золотой середине», несмотря на очевидные успехи Путина и его популярность. В биполярном обществе, разделенном на богатых и бедных, где «золотая середина» составляет чуть больше 20%, а впереди страну ожидает непростой выход из финансово – экономического кризиса, центристская политика, прекрасно работающая в переходный период, может оказаться неэффективной. А другой политики у Путина – Медведева, похоже, нет. С политикой вообще у Кремля не все гладко. В свое время Ельцин, выкорчевывая социалистические корни, уничтожил коммунистическую идеологию и объявил Россию деидеологизированным государством, каковым она и является на сегодняшний день. Возникший идеологический вакуум Путин решил заполнить возрождением православия и патриотического духа россиян. Отчасти эта подмена сработала, но лозунги, призывающие любить Отечество и находить спасение в вере в Бога, при всей актуальности и мобилизующем начале, не в состоянии заменить идеологию как мировоззренческую систему ценностных ориентиров.

Именно идеология является инструментом государственной политики, политики не сиюминутной и коньюнктурной, а долгосрочной и эффективной.

Понятная идеология для широких народных масс это недвусмысленные целеуказания пути, по которому движется общество и, одновременно, мобилизующий фактор, побуждающий двигаться в заданном направлении.

В большинстве развитых стран, идеологическую функцию выполняют политические технологии, реализация которых осуществляется через СМИ, прежде всего электронные. Идеологию в ее истинном назначении заменил пиар, как способ кратковременного но высоко эффективного воздействия на человеческое сознание.

Сегодняшняя российская государственная политика, как внешняя, так и внутренняя, выглядит как непрерывная череда пиар –акций и мероприятий, разработанных искусными кремлевскими политтехнологами.

Грамотная, своевременная направленность государственного пиара на самые болевые точки, в значительной мере позволяет президентской команде сохранять стабильность в обществе, а при необходимости предупреждать всплески массового недовольства. И уж конечно, политические технологии в совокупности с административным ресурсом являются незаменимым инструментом в борьбе за сохранение власти в период избирательных кампаний. В этом смысле весьма характерны последние российские парламентские и особенно президентские выборы, ярко продемонстрировавшие высочайшую пиар - квалификацию президентского окружения.

Другой вопрос, как долго такая квазиполитка может быть эффективной в условиях, когда бытие все настойчивее станет определять сознание? Достаточно ли будет эффекта «25 кадра» для того, чтобы удерживать ситуацию под контролем, когда в силу объективных обстоятельств российской власти придется идти на непопулярные меры, затрагивающие практически весь российский социум…

В кажущемся безоблачным политическом будущем угадываются скрытые «подводные течения», которые на поверку могут оказаться непреодолимыми и губительными для нынешнего российского режима.

Наиболее серьезной проблемой остается восстановление социальной справедливости в обществе, ввергнутом в дикий капитализм (индексация заработной платы и увеличение пособий только временная мера). Краеугольный камень названной проблемы лежит в собственности на средства производства, а сама проблема состоит в том, что передача собственности в частные руки осуществлена самым что ни есть цивилизованным способом, т.е. по российским законам, открывшим шлюзы для разграбления страны. В связи с этим, Путин попал в ситуацию, очень близкую к революционной, когда «верхи не хотят жить по новому (т.е. делиться), а низы не могут жить по- старому (т.е. влачить нищенское существование). По Марксу, это вопиющее противоречие между общественным способом производства и частным способом присвоения результатов труда. Теоретическим и практическим методом разрешения такого противоречия является национализация собственности на средства производства и возвращение ее через государство - народу. Однако такой передел в сформировавшемся конституционном поле невозможен, как на сегодня невозможно провозглашение Президентом курса на социалистический путь развития страны, ибо в условиях сохраняющейся зависимости от ведущих западных стран и, прежде всего от США, означает неминуемую и скорую политическую смерть. С другой стороны, созерцание того, как несметные финансовые ресурсы страны перетекают в карманы российских магнатов, десятками миллиардов долларов минуя государственную казну, также чревато для российского руководства пагубными последствиями. При длительном глобальном экономическом кризисе большие госбюджетные резервы, образованные от продажи углеводородного сырья по рекордно - высоким ценам, быстро иссякают, т.к. денежные поступления сократились более чем в три раза, а расходы значительно растут. Теперь, помимо увеличивающихся затрат на социальные выплаты населению, необходимо производить огромные вливания для спасения банковского сектора и крупнейших, национально – значимых предприятий. Такое негативное развитие событие может создать принципиально – новую ситуацию, кода чьими-то интересами необходимо будет пожертвовать. Иными словами Путину – Медведеву, чтобы не оказаться между «молотом и наковальней» придется делать трудный выбор из двух вариантов: спасать частный капитал, либо использовать чрезвычайную ситуацию в общенациональных целях и вернуть индустриальные гиганты под государственный контроль. Последнее будет означать, что в России начался новый виток передела собственности, без социалистической патетики, но и без участия народа. Другой сценарий мирного урегулирования вопроса собственности, путем подталкивания к правильным решениям или легких «подзатыльников», представляется сомнительным, т.к. не имеет аналогов в исторической ретроспективе. Нигде и никогда еще капитал не отдавал свое кровное добровольно. Поэтому, хочет того Путин или нет, он будет вынужден шаг за шагом сдвигаться влево, при этом непрерывно камуфлируя эти шаги демократическими лозунгами. Топтание на месте, полумеры и дальнейшая либерализация, чреваты мощным социальным взрывом, силу которого трудно предугадать. «Часовой механизм» взрывного устройства уже включен и неумолимо сокращает время, отпущенное российскому руководству для того, чтобы разрубить «гордиев узел» проблем, и противоречий, оставшихся в наследство от ельцинского режима.

По мнению некоторых аналитиков, на преобразования, способные вернуть народу России чувство уверенности в завтрашнем дне, Медведеву - Путину осталось не более трех - четырех лет. То, что Путин при гарантированной победе остановил свой выбор на ротации президента, наглядно свидетельствует о намерениях российского лидера придать новый импульс, а при необходимости плавно изменить вектор развития общества и государства. Как теперь очевидно, Медведев отнюдь не один из многих кандидатов на президентское место, а человек, которого Путин долго и тщательно готовил в качестве резервиста №1, способного последовательно осуществлять путинские реформы. Поэтому возможный «уклонизм» вновь избранного российского президента четко определен; направленность и амплитуда его колебания целиком и полностью будет определяться самим Путиным, как бы не желала обратного либерально – демократическая оппозиция. Однако Путин не был бы самим собой, если бы заблаговременно не застраховался от неожиданностей, связанных с президентством Медведева. Принимая во внимание, широчайшие конституционные полномочия главы российского государства сопоставимые с полномочиями Генсека ЦК КПСС, Путин поставил Дмитрия Анатольевича под партийный контроль «Единой России», окончательно сняв с повестки дня вопрос о единоначалии нового президента, предоставив ему право действовать в строго согласованных пределах договоренностей. Время, прошедшее с момента избрания президента Медведева показало, что схема рокировки пока работает без сбоев и видимых шероховатостей. Тандем «Медведев – Путин» благополучно разрулили грузино – осетинскую ситуацию, проявив должную слаженность. Новым испытанием стал глобальный кризис, выход из которого потребует еще более синхронных действий лидера государства и главы правительства. В случае успеха на финансово – экономическом поприще, можно ожидать, что Дмитрий Анатольевич отработает полностью срок, установленный конституцией РФ, а в случае провала «добровольно» уступит место своему более опытному подчиненному. Смена власти – это всегда временной аванс, отпускаемый народом своим правителям для изменения ситуации к лучшему. Выигрыш времени означает спасительную отсрочку «приговора» об отставке, а значит предоставляет шанс удержаться на плаву.

Нельзя исключать и другого сценария, при котором Медведев, спустя 2-3 года станет настолько популярным лидером, что затмит самого Владимира Владимировича. И тогда мы станем свидетелями как минимум десятилетнего правления Дмитрия Анатольевича. Сегодня никто не может предугадать, как развернутся события в, непрерывно изменяющимся мире, равно как никто не знает каким путем пойдет Россия. Хочется верить, что это будет движение вперед, потому что у страны, отброшенной на многие десятилетия назад, другого пути просто нет. В переломные моменты истории, во главе Российского государства всегда находились правители, умеющие сплотить и повести за собой народ, и этим спасти Отечество. Станет ли таким народным правителем Путин, либо Медведев, вопрос не первостепенной значимости. Важно другое: Сегодня в руках российского политического руководства сосредоточена полная власть, подразумевающую такую же полную ответственность. Нет рядом с ними ни политбюро, ни совнаркома, нет оппозиционных правительства и парламента, с которыми можно было бы разделить ответственность или обвинить в неудачах государственного реформирования (как это не раз делал Ельцин). Сегодняшние «придворные» органы власти плохие амортизаторы, не способные даже смягчить удар, не то, чтобы его предотвратить.

Как бы то не было, у народа, избравшего Медведева - Путина своими «поводырями» не остается ничего другого как следовать путем, предначертанным этими государственными мужами и надеяться на то, что это не будет блужданием Моисея по пустыне или тропой Ивана Сусанина.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Если следовать логике событий, то год нынешний едва ли принесет большинству народов мир и успокоение. Процесс глобализации поставил перед международным сообществом столь же глобальные проблемы, многие из которых находятся «в фазе противостояния».

Период тотальной европейской интеграции, например, совпал во времени с переделом геополитического пространства, борьба с международным терроризмом обернулась ростом и расширением очагов напряженности, кровавыми межэтническими и межрелигиозными конфликтами, охватившими многие государства и регионы планеты.

Жесткие силовые методы установления демократий западного образца в странах, культивирующих иные системы ценностей, привели к ослаблению международной безопасности, т.к. натолкнулись на общенациональное сопротивление в этих странах.

Так, шаг за шагом ширится зона раздора. Борьба со злом – порождает новое зло, неосмысленное стремление к лучшему – приводят к результату, с точностью до наоборот.

ХХI век ознаменовал начало «великой смуты», отвлекающей мировую правящую элиту от решения истинных глобальных проблем, стоящих перед человечеством, таких как сохранение окружающей среды и природных ресурсов, голод и безработица, наркотики и эпидемии.

Вкупе с внутренними трудностями, испытываемыми большинством стран мирового сообщества, геополитическая ситуация у автора этого обозрения ассоциируется с проснувшимся вулканом, извержение которого, - вопрос времени. Наши надежды избежать коллапса имеет смысл связывать только с тем, что человеческий инстинкт самосохранения, усиленный разумом, могут и должны во – время остановить движение цивилизации к апокалипсису. В этом смысле 2009 год, вероятно, позволит зафиксировать основные тенденции и направления мировой политики и оценить, со знаком плюс или минус развиваются эти тенденции. Нам отнюдь не все равно, выберет ли мировое сообщество путь мира и процветания или погрузится в пучину вражды и ненависти, потому что все мы живем в одном общем доме, который называется не Эстония, не Европейский союз, а планета Земля и принадлежим к одному роду – племени, именуемом человечеством.